Липкое Сл… что?
На ногах у меня что-то звякнуло — какие-то… кандалы? Мои ноги сцепило блестящей стальной цепочкой и я не то, что прыгнуть на стену — шаг сделать не могу. Что это еще за Оковы войны? И… что мне теперь делать? Что-то я как-то не вижу выхода… Медовушка, до сих пор играющая в моей крови, не давала испугаться, но ситуация по-прежнему выглядела безвыходной. Через несколько секунд они дойдут до меня и порубают ломтями, как Георгий Победоносец — змея на памятнике…
Так. Стоп. Я же, мать его, боярин! У меня есть Повеление!
— Стоять! — я вложил в приказ всю свою убежденность в том, что он подействует.
И, видимо, ее у меня оказалось критически мало. Потому что, несмотря на то, что я не просто выкрикнул, а именно Повелел — никто из убийц даже не вздрогнул. Конечно — кто выпустит против боярина убийц, которых тот может остановить простым приказом? Нет, это, конечно, дает понять, что приказал им — тоже боярин, что несколько сужает круг подозреваемых, но… сильно ли мне это знание пригодится?
Пистолеты разряжены, оружия у меня нет, Повеление на них не действует, сбежать я не могу… самое время появиться кавалерии из-за холмов. Одна проблема — нет тут холмов. И никто не знает, где я. Я же умный, я никому это не сказал.
Здоровяк приблизился ко мне и медленно, картинно замахнулся саблей.
Вот так сейчас и окончится история Викентия, одного подьячего, одного боярина, посчитавшего себя самым умным. Сейчас меня убьют.
Зажмуриться, что ли…
Глава 11
А в следующее мгновенье пышные усы Танка вспыхивают ярким пламенем.
Да, я до сих пор не выучил то Огненное Слово, которым владеют мои две очаровательные гаубицы, Клава и Настя. У меня есть только мое, самое распространенное Огненное Слово, которое не сильнее горящей спички. Но, знаете, даже пламя спички, воткнутой в лицо, доставляет мало удовольствия.
— Курва!!! — заорал Танк, пластая воздух саблей и хлопая себя по лицу.
Поляки⁈
Обдумать эту мысль я не успеваю, потому что падаю на землю. Нет, не порубленный на куски — я уклоняюсь от лопастей этого бешеного вертолета. В падении изо всех сил пробиваю двумя ногами ему в колено. Эти треклятые кандалы на моих ногах — откуда они вообще взялись⁈ — не дают сойти с места, но не приколотили ноги к земле, я могу пинаться и даже подпрыгнуть.
Хруст, поляк с совершенно уже нечленораздельным воплем падает на спину, как рушащаяся башня, открывая обзор своим товарищам. ДД взмахивает своей саблей…
Но я успеваю закончить Бодрое Слово. Да, убежать я не смогу, но на несколько секунд объективного времени я стану очень быстрым. Мне должно хватить. Должно!