Морозов-средний злобно сощурился, но промолчал. Продолжать сомневаться в том, что я тот, за кого себя выдаю — выглядеть дураком, а попытаться принизить меня — влезть в разборки с кем-то неизвестным и непонятно, какими возможностями обладающии и заодно оскорбить своего собственного отца, который, в таком случае, принимает приглашения на пир от кого попало. Лучше уж язык втянуть. Тоже минус в карму, но совсем маленький.
— Что тебе здесь нужно, Осетровский?
— Узнал я, что МОЙ слуга, без МОЕГО разрешения, хочет стать ЧУЖИМ холопом. Пришел забрать его.
— Я тебе не слуга! — завопил Мишка, совсем молодой парнишка, моего возраста, без бороды еще. Хотя на его месте я бы бороду и не носил — с таким острым подбородком она явно на козлиную бы походила.
— Мишка, лучше молчи! — зашипел Нафаня из-за моей спины.
— А он говорит, что не твой слуга, — криво ухмыльнулся Морозов.
— Да кто там слушает, что слуги лопочут… Молчи. Иди сюда.
А. так как это были не просто слова, а мое Повеление, влюбленный пингвин заткнулся и зашагал в мою сторону.
— И ничьих Повелений, кроме моего, не слушай, — добавил я.
Морозов-средний злобно ощерился. Он явно собирался Повелеть что-то свое, но мне играть в перетягивание Мишки не хотелось. Ситуация и так немножко не в мою пользу — вот так нагрянуть на двор и забрать человека — граничит с хамством и оскорблением. И чем дольше я в ней участвую, тем больше вероятность, что дежурным принесением извинений Морозову я не отделаюсь. И так извиняться придется в любом случае.
— Уходим, — я развернулся…
И на секунду замер. Что-то не так. Какие-то неправильные выражения мелькнули на лицах.
У моих бойцов — глубоко скрытое… осуждение? Они считают, что я поступаю неправильно?
У той девицы… радость? Она радуется, что ее жертву забирают и он не станет холопом? Она что — вправду его любит?
Кажется, я неправильно оценил ситуацию…
Глава 21
— Если он сейчас уйдет, знаешь, что я с Аглашкой сделаю?
Я развернулся так, что полы тяжелой шубы взлетели крыльями, как у легкого плаща. И тут же понял, что это падло имело в виду не мою Аглашеньку — боярич указывал на холопку, которую, похоже, звали так же, как мою любимую скоморошку.
— Не знаю и знать не хочу.
— Я ее…
Дальше последовало описание, которое заняло бы достойное место на сайте порнорассказов. Хотя нет — там всё же фантазии побольше… не спрашивайте, откуда я это знаю.
За моей спиной глухо застонали и, кажется, заскрипели зубами — Мишка был еще под Повелением, и не мог ни броситься к любимой, ни заорать, но не отреагировать на такие обещания он тоже не мог.