Это место редко используется для чего-либо, кроме занятий в течении семестров и мероприятий Академии, но при наличии достаточного количества денег и связей возможно все. Джейд и Дмитрий познакомились тут, и для нее было так важно выйти замуж именно здесь, что наш старший брат Аполло устроил это. Как будто ему нужно было что-то еще, чтобы выглядеть чертовски идеальным.
Добравшись до места назначения, я не удивляюсь холодному приему. Антон Морозов не смотрит на меня с теплотой и вообще никак не приветствует. Но, судя по тому, что рассказал мне мой новый шурин Иван, его отца нельзя назвать теплым и гостеприимным человеком.
Он русский Пахан до мозга костей. Но если Антон Морозов пытается запугать меня своим холодным взглядом, то ему не повезло. Мой собственный брат только что обошелся со мной точно так же, а Нико – самый страшный человек из всех, кого я знаю. Может содрать кожу с живого человека, даже не вспотев. Нико делает это просто ради забавы, а содрать кожу не так просто, как может показаться.
Антон сидит рядом со своими младшими братьями Львом и Михаилом Морозов, и эти двое мужчин разделяют его презрительный взгляд. Но я здесь не для того, чтобы смотреть на них. Ищу симпатичную маленькую блондинку, которая сидит между своими дядями. Девушка, которая ни на секунду не отходила от своего отца с тех пор, как приехала на остров.
Ни для того, чтобы встретиться с моей сестрой, ни для того, чтобы поздороваться с ее братьями, и даже ни для того, чтобы отлучиться в туалет или осмотреть зал. Судя по тому, что я видел, она была совершенно неуловима и почти не разговаривала. Но меня это не останавливает.
Довольно ухмыляясь, я приветствую стол широкой улыбкой и легким кивком.
— Привет, Аня, — говорю, игнорируя мужчин и обращаясь непосредственно к ней. Ее глаза округляются, а губы приоткрываются в неподдельном шоке. — Я Маттео, любимый брат Джейд. Приятно, наконец, с тобой познакомиться.
На мгновение мне кажется, что весь мир погружается в тишину. А потом слышу.
— П-привет.
В груди вспыхивает гордость, которая, вероятно, слишком велика для просто полученного ответа, но я загораюсь, улыбка становится еще более искренней, чем раньше.
— Хорошо проводишь время?
Она открывает рот и снова закрывает, словно не знает, что ответить. Ничего страшного, знаю, что Аня застенчивая. Наверное, еще и чертовски нервничает.
— Есть причина, по которой ты разговариваешь с моей дочерью, Моретти? — рычит Антон, сжимая руки в кулаки на столешнице.
— Значит, ты не любитель светских бесед? — шучу. — Ничего страшного, я тоже. Перейду сразу к делу, — поворачиваюсь к его дочери и смягчаю взгляд. — Хочешь потанцевать?