— Это очаровательно, — говорит она, почти воркуя при упоминании о детях. — Семья может быть очень важна в процессе выздоровления. Не думала в последнее время о том, чтобы поговорить с братьями?
Моя улыбка исчезает.
— Я всегда думаю о том, чтобы поговорить с ними.
— Но ты все еще не чувствуешь себя готовой, — мягко заключает Тиффани. — Знаю, что для тебя это тяжелая тема, но, надеюсь, ты не против, что я время от времени задаю тебе этот вопрос? Просто хочу быть в курсе того, как у тебя обстоят дела на всех фронтах.
— Нет, нет, ты можешь спрашивать.
— Рада, что это не доставляет тебе особых неудобств, — говорит Тиффани, открывая свой блокнот. — А теперь, как насчет того, чтобы спланировать несколько вариантов наихудшего развития событий, а?
Нет времени лучше, чем сейчас.
— Давай.
Глава 17
Антон
— Ну, что думаешь, папа? — спрашивает Аня, ерзая на своем обычном месте на шезлонге.
Вместо нашей обычной светской беседы после того, как она покончила со своим завтраком, а я продолжил потягивать кофе, дочь удивила меня своей непринужденной речью, похожей на презентацию. Несколько минут подряд Аня говорила на тему, о которой я даже не подозревал.
Она только что закончила составлять серию тщательно продуманных планов и запасных вариантов на тот случай, если мальчик Моретти приедет на нашу территорию навестить ее. Что произойдет, если Аня не сможет с этим справиться, и несколько различных путей отступления, которые она сможет использовать в нескольких вариантах развития событий.
Должен был догадаться, что Аня заговорит о чем-то важном, после того как ее психотерапевт отвела меня в сторону, чтобы поговорить после их вчерашнего сеанса. Туманно та предупредила меня о том, чтобы я был помягче с дочерью, если она придет поговорить со мной. Что мне нужно дать ей возможность выговориться, прежде чем реагировать на ее слова. Сказала, что крайне важно, чтобы я дал Ане время объясниться, и что все в порядке.
Теперь, когда дочь все выложила, не знаю, то ли ужасаться, то ли испытывать облегчение.
Рад, что она смогла понять, что ей нужно, чтобы чувствовать себя комфортно на сеансах терапии, но не спешу соглашаться с ее планами. Очевидно, что Аня уже говорила с Маттео об этих возможностях, поскольку снова и снова заверяла меня (без всяких расспросов с моей стороны), что мальчик не обидится и не расстроится, если ей понадобится внезапно отступить, когда они встретятся снова.
Для меня все становится еще сложнее, когда слышу, какой он, казалось бы, терпеливый и снисходительный с ней. С одной стороны, я и не ожидал меньшего. Хотел бы, чтобы ему снесли голову с плеч, если бы он вел себя с ней иначе, чем как идеальный джентльмен. Но, с другой стороны, мне становится не по себе, когда думаю о его возможных мотивах для подобных действий.