— Думаю, я попрошу папу пойти со мной и поговорить об этом, — признаюсь. — Хочу, чтобы ты смогла убедить его, что я на самом деле не беспокоюсь о том, что могу сорваться из-за визита Маттео, но хочу быть готовой к худшему.
— Маттео тебя не пугает, но пугает ситуация, которая может привести к негативной реакции. Это вполне разумно, и уверена, что твой отец с этим согласится. Ты пережила столько мучительных панических атак и депрессивных эпизодов. Вполне нормально, что ты хочешь избежать повторения.
— Хорошо, — выдыхаю. — Значит, будем готовиться к худшему.
— И надеется на лучшее, — соглашается Тиффани. — Не хочешь ли спланировать несколько сценариев перед разговором с Маттео? Или есть что-то еще, о чем ты хотела бы поговорить сегодня? Есть что-то позитивное, чем хочешь поделиться?
— Да, — отвечаю, почти застенчиво улыбаясь. — Возможно, мы немного поговорим о чем-нибудь позитивном, но запланируем несколько сценариев и решений до окончания сеанса?
— Мне это нравится, — соглашается она, улыбаясь в ответ. — Скажи мне что-нибудь хорошее, Аня. Все, что придет тебе в голову.
— На этой неделе мы с тетей Ириной снова занимались йогой, — начинаю, вспоминая время, проведенное вместе всего два дня назад. — Мы обсудили больше тем, чем в прошлый раз. Я расспросила о Наде, и мне было приятно услышать, что она преуспевает в балетном лагере. На самом деле, я просто порадовалась за нее. Надя всегда была девушкой, которая танцует скорее ради удовольствия, чем ради мастерства. Кажется, я и сама была такой в детстве.
— Рада, что у нее все хорошо. Двенадцать лет – такой переломный возраст. Скоро она станет подростком, но пока еще такая юная, —Очень, очень юная. — Балет для тебя – больная тема, но, думаю, мы поняли, что это не так уж и болезненно, — комментирует Тиффани, кивая в такт. — Согласна?
— Да, думаю, так и есть, — отвечаю, стараясь не прикусить губу, пока размышляю. — Все еще не уверена, хочу ли я к этому возвращаться. Боюсь, что приступ астмы во время танцев может стать триггером. И, хотя я не могу танцевать сама, зато все еще могу говорить об этом.
— Конечно, мы можем пока отложить танцы, — соглашается Тиффани. — Ты одновременно работаешь над таким количеством дел, что нет смысла торопиться с тем, что тебя не привлекает.
Думаю, когда-нибудь я вернусь к балету, но не сейчас. Не сейчас, когда есть столько других поводов для беспокойства.
— Близнецы начинают улыбаться, когда видят меня, — говорю ей, вспоминая еще одно позитивное событие недели. — На этой неделе мы с Маттео больше переписывались, чем общались по видеосвязи, но они все равно меня узнают. У Изобеллы самые милые улыбки, а Сезар всегда пытается выхватить телефон. Маттео говорит, что он пытается вытащить меня из него.