— Так и есть, — клянется Нико, хотя не похоже, что он пытается переубедить моего дядю. Скорее, пытается сказать тому, что уже позаботился о безопасности отеля.
Решено, что Данте поедет с дядей Михаилом, а потом отвезет его домой, если тот захочет. А Нико доставит меня прямо к особняку Моретти и незаметно проведет внутрь. Не знаю, почему он так уверен, что сможет это сделать, но не могу сомневаться в этом человеке. Нико наверняка знает дом своего детства вдоль и поперек, возможно, у него есть доступ и к камерам видеонаблюдения.
Знаю, что он проведет меня внутрь.
Не прошло и двадцати минут, как Нико сделал именно это. Провел меня через весь дом и вверх по лестнице, держа за руку и быстро увлекая за собой, чтобы нас не заметили. Когда мы поднимаемся по лестнице и оказываемся перед закрытой дверью спальни, он не дает мне постучать.
Нет. Нико открывает дверь и подталкивает меня внутрь, заходит следом и поспешно закрывает за собой дверь.
Я нахожу Маттео сидящим на краю кровати, спортивные штаны низко висят на бедрах, а рубашки вообще нет. Похоже, он просматривает варианты фильмов, направив маленький пульт дистанционного управления на телевизор, висящий на стене.
— Аня? — ахает он, округляя глаза.
Несмотря на расслабленное состояние, его тело напряжено и рельефно. Если бы не знала его лучше, то предположила бы, что он просто делает упражнения на пресс, а не листает каналы в поисках чего-нибудь интересного.
— Сюрприз, — говорю, чувствуя, как мой желудок переворачивается от дикого волнения и нервозности. — Извини, Нико настоял на том, чтобы ворваться и нас не заметили в коридоре. Я пыталась постучать.
— Нико? — спрашивает Маттео, вставая, бросает пульт от телевизора на кровать и натягивает ближайшую рубашку. Знаю, что он делает это не для своего удобства, а для моего. — Что ты… Как ты здесь оказалась?
— Не за что, — протягивает Нико, проходя дальше в комнату, пока не встает рядом со мной лицом к Маттео. — Дайте знать, если куда-нибудь соберетесь, и я выведу вас обоих незамеченными. Папа знает, что она здесь, но ее отец согласился отпустить Аню одну только в том случае, если я присмотрю за ней.
Маттео удивленно смотрит на брата.
— С каких это пор ты так рвешься на службу в охране?
— С тех пор, как появилась она, — фыркает Нико.
На сердце становится тепло, когда слышу, как он заботится обо мне. Независимо от того, признает ли Нико это или то, почему это происходит, я рада, что он меня защищает. Думаю, Нико будет хорошим другом, как бы он это ни отрицал.
Маттео недоверчиво качает головой.