Маттео пытается быть милым, заботится обо мне, не торопится, но я этого не хочу. Хочу быть опустошенной, хочу, чтобы меня любили так страстно, что не было бы места для промедления. Если уж на то пошло, мне нужно, чтобы он действовал быстрее.
— Знаю, что может быть немного больно, — уверяю его ровным и искренним голосом. — Я хочу почувствовать, как ты меня растягиваешь, и хочу этого прямо сейчас. Ты такой твердый, Маттео. Мне не терпится узнать, как ты чувствуешься, будучи погруженным так глубоко.Пожалуйста .
Мой умоляющий голос в конце концов доводит его до предела. Маттео хватает одну из своих подушек и приподнимает меня за бедра, чтобы подложить под задницу. Быстро понимаю, что это нужно, чтобы приподнять меня под нужным углом. Это немного странно, но мне совершенно все равно, когда он одной рукой хватает меня за бедро, а другой обхватывает основание своего члена. У меня перехватывает дыхание, когда Маттео проводит головкой по моим влажным складочкам, а затем упирается во вход.
— Помни, что ты можешь в любой момент сказать мне остановиться, — обещает он, сжимая пальцами мое бедро, чтобы привлечь внимание. — Я буду входить очень быстро, чтобы не растягивать дискомфорт, хорошо?
Я нетерпеливо киваю.
— Да, да, пожалуйста. Я выдержу.
Бедра Маттео подаются вперед, и он громко стонет. Его глубокий стон удовольствия смешивается с сдавленным криком, срывающимся с моих губ. Он внутри меня, и, клянусь, я чувствую, как давление сдавливает мое горло. Я чувствую его всем телом. Мои стенки так плотно обхватывают член, что думаю, это должно быть больнее, чем есть на самом деле.
Мое желание и выброс адреналина, кажется, заглушают боль, которую должно причинять столь сильное растяжение, и я не могу жаловаться. Дискомфорт вполне терпимый, а связь между нами кажется такой всепоглощающей и невероятной. Быстрым движением Маттео немного отстраняется, а затем снова входит до упора, прижимаясь ко мне бедрами.
— Бляяять, — стонет Маттео, тяжело дыша. Его грудь вздымается, и он качает головой, пытаясь сохранить самообладание. — Посмотри на себя, малышка. Ты так хорошо меня принимаешь. Клянусь, ты создана Богом или кем-то еще более могущественным. Создана специально для меня.
— Только для тебя, — блаженно соглашаюсь.
Его рука соскальзывает с моего бедра и опускается ниже, между ног. От первой же ласки пальцев по клитору моя спина выгибается дугой. Маттео обводит клубок нервов маленькими кругами и начинает неглубоко толкаться.
— О-о-о, — стону, двигая задницей навстречу его темпу. — Еще, дааа, оооох, пожалуйста… — я задыхаюсь на последнем слове, его умелые пальцы сильнее нажимают на клитор, отчего стон вырывается прямо из горла.