На его лице мелькают разные эмоции, но ни одну из них я не могу распознать. Не могу понять, шокирован Антон, зол, встревожен или все вместе.
— Объясни, — требует он.
И я объясняю. Подробно рассказываю о том, как дядя Сезар узнал о случившемся и как он велел всем нам быть начеку на случай, если кто-то из этих подонков появится рядом с нашей территорией. Я говорю Антону, что не мог просто сидеть сложа руки и ждать, пока их поймают.
Нико жаждал крови, а я хотел помочь ему избавиться от улик. Признаюсь, я впервые участвовал в столь ужасном деле, но остановить его было не в моих силах. Мне это даже понравилось. Не так, как Нико, но осознание того, что я убрал с лица земли два пятна, помогало мне легче засыпать по ночам.
Он вслушивается в каждое слово и наконец спрашивает.
— Аня знает?
— Нет, — признаюсь, поморщившись. — Не знаю, стоит ли ей рассказывать. Не думаю, что она расстроится, если узнает и поймет, что я ей не сказал. И не знаю,захочет ли Аня знать. Это было много лет назад, и я был не тем Маттео, который ее любит. Я был просто подростком, который чертовски разозлился и хотел причинить им боль сильнее, чем они причинили ей. Без понятия, удалось ли нам это, но мы старались изо всех сил. Четырнадцать часов пыток – это сложнее, чем кажется.
— Не думаю, что она хотела бы об этом знать, — признается Антон, немного помолчав. — Но ты все же мог бы ей рассказать. Дай ей понять, что ты приложил руку к их смерти, но не вдавайся в подробности, если Аня этого не захочет.
— Да, — говорю я, обдумывая его слова. — Может, это и правда хорошая идея.
Антон хмыкает и кивает.
— Учитывая такую важную тайну, я полагаю, ты пришел просить руки моей дочери.
Достаю из кармана маленькую черную бархатную коробочку, делаю шаг вперед, кладу ее на стол и подталкиваю к нему пальцем. Он медлит, но все же берет ее и с тихим щелчком открывает.
— Я люблю Аню. Я уже говорил это и никогда не перестану повторять. Думаю, она готова надеть это кольцо. Может быть, не для того, чтобы сразу пойти под венец, но чтобы у нее был символ моей преданности, независимо от того, когда это произойдет. Так что да, — говорю, делая глубокий вдох. — Я пришел просить ее руки.
Антон ставит коробочку обратно, но не закрывает ее. Переведя взгляд с меня на кольцо, он барабанит пальцами по столу.
— Я нанес этот герб на твою грудь, — он указывает на мою татуировку под рубашкой. — Сделал тебя частью этой семьи. Так что, когда ты женишься на моей дочери, ты ведь знаешь, что она не станет Моретти, верно? Вместо этого ты станешь Морозов.