— Думаю, да, — язвительно ухмыльнулась Зимина.

— Физически — да! — признался Марлен. — А морально? Лежишь, и думаешь, что он там, с тобой…

— Ну, это же не измена, — хихикнула Алена. — Меня тискали твои руки, и кое-что еще… м-м… тоже было твоим.

— Да ну тебя, — пробурчал Марлен. Посопев, он все-таки сказал: — Хотя… Знаешь, как бы там не выходило, а я рад, что со мной случилось… всё это. Я видел будущее! Оно совсем не такое, как мы мечтали, но… Завтра, если нас не унесет раньше, я покажу тебе Москву XXI века!

— А вдруг унесет? — забеспокоилась девушка. — Нет уж, давай сейчас!

— Сейчас? — Осокин потер щеку. — Ну-у, можно и сейчас, десяти еще нету…

Алена с размаху обняла его, ловя губами торопливый поцелуй, и оба повалились на пухлый, упругий матрас.

— «Аскона», — зазывно обронил телевизор. — «Спите, чтобы жить».

Тот же день, позже

Москва, Манежная площадь

Марлен испытал легкое беспокойство — не надо было заводить Алену в «Охотный ряд». Девушка, подобно лунатичке, бродила по всем уровням подземного комплекса, и насмотреться не могла.

Она замирала у каждого бутика, теряясь перед завалами одежд, обувок и прочего ширпотреба.

— Я, как тот астронавт… — пробормотала девушка зачарованно. — Помнишь, у Лема? «Возвращение со звезд»! Тот тоже, бедный, бродил, бродил, мало что понимая, блуждал по бесконечному Стратотерминалу… А я — тут…

— Может, поедим? — неуверенно предложил Осокин. — Там, дальше, целая куча всяких кафешек. Давай?

— Давай! — обрадовалась Алена. — А как тут едят?

— Вилками! — прыснул Марлен. — Из тарелочек. До прума и бонса пока еще не докатились. Вон! Рекомендую! Кей-Эф-Си.

— Как-как? — поразилась девушка. — Так это же американское… Ну, вроде «Макдональдса»!

— А «Макдональдс» рядышком! — расплылся Осокин. — Называется по-русски: «Вкусно — и точка».

— Не, лучше этот… Кей… Как там дальше?

— Кей-Эф-Си!

Марлен заказал стрипсы, два пакетика с картошкой-фри, пару пирожков с вишней и чай.

— Сейчас нас позовут, — небрежно сообщил он, приседая за столик Алены, и выложил плашку пейджера. — Тут всё свежее и горячее…

— Не люблю суеты, — вымолвила Зимина, вертя головой. — Но мне здесь нравится!

Осокин покачал головой.

— Тут не всё так красиво, Аленка, — негромко сказал он. — Советского Союза давно нет. Вокруг — Российская Федерация, а с февраля идет война с Украиной.

— К-как с Украиной? — ошалела девушка.

— А вот так, — хладнокровно ответил Марлен. — Власть в Киеве захватили фашисты. Они обстреливают Донбасс, а наши их бьют…

— Все-таки, наши, — взбодрилась Алена.

— Наши.

Пейджер замигал, запиликал, и Осокин подхватился.