И другого мне уже не хотелось.

После того как все дети были уложены и дом затих, я отправилась к себе. Переоделась, причесалась и хотела уже потушить свет, но вдруг заметила на прикроватной тумбочке ключ.

Странно...

Готова была поклясться, что положила его в шкатулку к медальону и украшениям Элианы. И вот он тут.

— Решили о себе напомнить? — хмыкнула тихонько, имея в виду этих тихушников, сумеречных.

Взяла ключ, задумчиво повертела перед глазами.

— Что же ты открываешь...

Ответа, разумеется, не последовало. Но почему-то вдруг показалось: он уже совсем рядом.

Следующие дни прошли в привычной суете. Грейсхольм жил, дышал, шумел и, казалось, уже больше не собирался возвращаться к прежней тишине. Я вставала рано, ложилась поздно и всё время что-то делала: считала, записывала, проверяла, думала.

По настоянию законников я взялась за составление плана устройства приюта. Писала о распорядке дня, распределении обязанностей, безопасности. Уклад, правила, обучающая программа...

Больше всего беспокоил вопрос финансов. Монеты, собранные горожанами, исчезали с пугающей скоростью: еда заканчивалась быстрее, чем мы её докупали. Впору и правда задуматься о корове и собственном огороде... А ещё мельнице, курятнике и прочей живности. Стану леди-свинопаской на радость баронессе Дансфорд. То-то она будет рада...

Я искренне надеялась, что господин ревизор останется доволен и Грейсхольм официально признают приютом. Тогда нам начнут выделять средства из казны, как это было при Гартене, и я наконец перестану вздрагивать при каждом подсчёте расходов.

Очередная поездка в Лирмонт стала необходимостью. Нужно было докупить продукты, переговорить с сапожником, а заодно передать когда-то принадлежавшую дочери Далии одежду и обувь тем, кому они действительно могли пригодиться.

В этот раз со мной поехали Том и Ильва. Хельга осталась дома с младшими, пообещав, что никто никуда не полезет и ничего не сломает; по крайней мере, намеренно. Увы, прецеденты уже имелись...

Словно беря пример с Грейсхольма, Лирмонт тоже зашумел и принарядился. На главной площади уже вовсю шла подготовка к ярмарке. Несколько крепких мужчин сколачивали подмостки, другие устанавливали палатки и протягивали между ними цветные фонарики. Я и самой себе боялась признаться, с каким нетерпением ждала этой ярмарки. Хотелось развеяться, повеселиться. Хотя бы на один вечер из предприимчивой леди превратиться в просто беззаботную девушку, каковой я была ещё совсем недавно.

После всех дел в городе я решилась на то, что откладывала: осмотреть как следует дом Гартена. Мою, прости Господи, собственность.