Я тихо хмыкнула. Даже имя этого мужчины звучало как у какого-нибудь паразита.

— Наш союз благословил мой отец, незадолго до своей кончины. А вскоре я, юная и наивная, стала собственностью жестокого, беспринципного мужчины. — Далия горько усмехнулась. — Думаю, история тебе знакома. Элиана столкнулась с таким же... чудовищем.

При мысли о Валериане по телу пробежала дрожь. Получается, Вальтерну нужна была не сама Далия, а её дар... Как же это низко! Жениться ради магической силы.

Далия продолжала:

— Когда Эдрик понял, что я не отдам наследие рода, не позволю себя опустошить, он перестал притворяться, и я увидела, кто скрывается под маской обаятельного красавца. — Тень горечи тронула её губы. — Стоит отдать ему должное: в отличие от Валериана, он умел проявлять терпение. Выжидал, когда я полностью растворюсь в нём, в нашей семье. Нашей... малышке. Оттого удар был настолько сильным.

— Дочь… — прошептала я, уже зная ответ. — Он забрал девочку в отместку за непокорность.

— Да. — Голос Далии дрогнул. — Мою девочку. Моё солнце. Отнял её и увёз силой.

По спине пробежал холод, а глаза снова защипало. Думала, всё уже выплакала. Но нет, что-то, оказывается, осталось.

— Как он мог? — выдохнула я, хотя после знакомства с Валерианом и тем же Гартеном уже ничему не должна была удивляться. — Лишить ребёнка... своё дитя(!)... матери!

— По закону, — ровно ответила Далия, — он был главой семьи. Мужем. Хозяином дома. Моим господином. Он владел и мной, и Милией.

Сердце сжалось так, что стало больно дышать.

— Он запретил мне даже приближаться к малышке. Запретил видеть, слышать, знать… жива ли она, здорова ли… — Далия прикрыла глаза. — Я сходила с ума. День за днём. Молилась всем богам и всем теням разом. Мечтала увидеть её хотя бы мельком. Узнать, какой она стала. Моя Мили... Моя маленькая красавица...

Тишина в подземелье стала густой, вязкой, и сквозь неё, на мгновение показалось, я услышала звонкий детский смех, который вдруг оборвался, возвращая давящую тишь.

— А потом я узнала, зачем он её забрал, — тихо обронила прежняя хозяйка дома. — Он готовил ритуал. Эдрик так и не сумел справиться со своей одержимостью, желал во что бы то ни стала отнять мой дар. Через Милию собирался перенести силу рода Ван’Роэлей в себя. Сделать из моей дочери живой артефакт. — Из груди Далии вырвалось что-то похожее на рычание, в глазах сверкнуло пламя. — Ритуал был опасен. Он мог причинить ей боль… мог сломать её… Мог убить!

Я почувствовала, как пальцы сами сжимаются в кулаки. И это называется отец? Мужчина? Там не только сердца, но и мозгов не было! И даже зачатков человечности.