Вот Виджей ее удивил. Он целенаправленно шел следом за незнакомым Насте змеелюдом из одиннадцатого «Б», и в руке его был тот же нож, который Настя уже видела. Только Настя сильно сомневалась, что сейчас роль ножа будет ритуальной.

Настя хотела поглядеть, как дела у ящерок – все ли в порядке к утру второго дня? Но вместо этого ее буквально швырнуло к одноклассникам. Шаров и Куликов тихо переговаривались у костра, ничуть не переживая, что их могут увидеть, а вот Семин, похоже, проходил испытание. Как и она в своем, он был абсолютно обнажен, но повезло ему больше – он стоял под водопадом, и струи обжигающе холодной – почему-то Настя знала это точно – воды били по его макушке, плечам, животу…

Настя впервые видела так близко обнаженного парня, и сейчас она досадовала, что дурацкая гора зачем-то приблизила ее вплотную, не довольствуясь видом с высоты. Хорошей новостью оставалось то, что она снова не чувствовала своего тела, рук и не могла закрыть глаза.

Так что она смотрела и не могла коснуться, хотя само желание сделать это ее напугало. Может, дело было не в том, что это Семин, на его месте мог быть кто угодно другой, но гладкая упругая кожа, лишь местами покрытая чешуей, по которой упруго били струи воды, – это притягивало взгляд.

В какой-то момент Насте показалось, что Марк увидел ее. Он широко распахнул глаза, вглядываясь в ее сторону, на ресницах дрожали и срывались капли. Он приоткрыл пухлые совершенно не змеелюдские губы и высунул кончик языка, ловя струи воды. Да гаденыш просто наслаждается своим испытанием, а не страдает! И испытание ли это вообще? Может, Настя застала его за приемом душа. Да, осень, да спускающаяся с ледника вода, но что она знает о проклятых змеелюдах?!

Настя почувствовала, что ее отсутствующему здесь телу становится жарко. Жар поднимался от низа живота и захватывал все ее тело. После болезненного холода это было невероятно, но Настя испугалась, что это возвращается огонь.

Она по-настоящему обрадовалась, когда ее сознание понесло дальше. Жар не проходил, он касался ее груди и губ, которые горели так, словно она вопреки здравому смыслу осталась у водопада и прижалась губами к приоткрытому рту Марка. Почему-то вспомнился его взгляд там, в зале ожидания. Может, он сам хотел ее поцеловать?

И убить. Нельзя забывать, что он хочет ее убить.

Настя застонала, не в силах разобраться в том, что с ней происходит. Огонь и лед – это еще хоть как-то понятно, но нигде не было сказано, что ее ждет искушение обнаженным красивым телом ее врага!

Она видела еще не всех участников игры, но этот стон будто прервал ее полет, и она словно нырнула обратно в свое тело со всеми его ощущениями и органами чувств. В нос ударил острый запах пота, а потом Настя разом поняла две вещи – она действительно обнажена, и она на самом деле испытывает этот жар, так как в своем спальнике находится не одна и извивается под чьими-то поцелуями!