— Ох и повезло тебе, Петрович. Самородок!

— Везёт тому, кто везёт, — с хохотком ответил «Петрович» и я с ним был полностью согласен. Не крути он тогда головой и не высматривай кандидатов, не играть бы мне в хоккей «на профессиональном уровне».

* * *

На соревнованиях по лыжам мне предстояло пробежать два километра. Это были те же три круга, что я уже бегал.

— Не рви себя. Трасса непростая, — сказал мне Филимонов, но глянув в мои глаза, хмыкнул и улыбнулся. Беги, как бежится. Вырывайся вперёд и держи всех на дистанции.

Я так и сделал, и прибежал, естественно, первым. Потом ещё, уже в своё удовольствие, покатался с горки, пообедал, в специально прицепленном к электричке вагоне-ресторане куриным супчиком и гречкой с гуляшом. И даже немного поспал, согнувшись в «три погибели» на деревянном сиденье. Вручили грамоту за первое место. Вот и все соревнования. Однако Филимонов был очень доволен и с энтузиазмом пожал мне руку, едва её не оторвав.

— Ну, что, чемпион, в чём ещё преуспеешь? — спросила меня мама, когда я пришёл домой и вынул из портфеля с которым ездил на соревнования по причине отсутствия нормальной спортивной сумки. Но для «здоровья грамоты» портфель оказался полезнее.

Она улыбалась, но взгляд её был озабоченным.

— Не знаю, мам. У меня столько здоровья, что я и бегать и прыгать могу.

— И откуда оно у тебя, интересно?

— Как откуда? — удивился я. — Не от верблюда же. Папка у меня вон какой! Сами такого уродили, а теперь не довольны.

— Не уродили, а просто родили, — нахмурилась мама и вздохнула. — Кому много даётся к тому и спрос большой. Ты, вон, смотрю, и программу четвёртого класса легко усваиваешь?

— А что там её усваивать? — пожал плечами я. — Это же не дифференциальные уравнения.

У мамы взлетели вверх брови.

— И что ты знаешь про дифференциальные уравнения?

Я покрутил головой.

— Пока ничего. Не понял ничего, что прочитал. Сосед по трамваю читал учебник…

— Понятно. Постепенно надо повышать уровень знаний. Это, как в спорте результаты растут тоже постепенно…

— У меня быстро растут, — похвастался я, намеренно демонстрируя своё детское мышление.

— Вот это меня и тревожит. Хотя, конечно, такое тоже бывает, когда ребёнку легко даются первичные знания и умения. Начального, так сказать, уровня. Ребёнок привыкает, что ему всё даётся легко, и когда сталкивается с настоящими трудностями, перед ними пасует. Вот этого я опасаюсь, Паша-Пашуля. Ладно, пошли я тебя накормлю.

— А что у нас сегодня?

— Кровянки нажарила. Той, что бабушка с дедушкой прислали к новому году.

— Я уже ел сегодня гречку с гуляшом, — скривился я, для «проформы». Должен же я хоть где-то и в чём-то казаться маленьким.