Я ткнул палкой в сторону парней, отчего-то стоящих понурыми и не помышляющих о расправе.

— А чего ты от них убегал? — спросил Виталий Петрович.

— Он мне на лыжи наехал, — показал я паркой на одного из «придурков». — А я треснул его за это палкой по руке. Вот и побежали.

— Палкой по руке — это плохо, а вот бежал ты очень хорошо.

— Он специально на меня наехал, а потом они издевались надо мной и не давали встать.

— Палкой — это плохо, — повторил Виталий Петрович.

— Могу и не палкой, если один на один, — буркнул я.

— Ну, ладно. Не в этом сейчас дело, — поморщился незнакомец. — Потом разберутся! Ты хочешь в краевых соревнованиях участвовать по лыжному кроссу. Я тренер ДЮСШ по лыжам. У нас вот-вот начнётся «Приморская лыжня». Тебе уже есть одиннадцать лет?

— Десять пока. В январе будет одиннадцать. Десятого…

— Пойдёт. Приходи в диспансер. Там тебя обследуют и мы включим тебя в нашу городскую команду.

Я переглянулся с Виталием Петровичем. Он смотрел на меня с интересом.

— Но-о-о… — начал я. — Я не хочу заниматься лыжами, как спортом. Лыжи — это развлечение. Я в хоккей играю. И у нас тоже соревнования, да, Виталий Петрович?

— Э-э-э… Наши соревнования чуть позже. — сказал не скрывая своего облегчения мой тренер.

— Да тебе в лыжах цены нет! — воскликнул незнакомец. — А наши Владивостокцы обязательно проиграют кому-нибудь из района. У них снег всегда есть, а у нас только время от времени. Да и выносливее деревенские ребята. А ты вон как бежал. Моих лучших обставил.

— Да, он мне руку перебил, — заныл «придурок». — Я бы…

— С тобой потом поговорим, — спокойно отреагировал на нытьё незнакомец и снова обратился ко мне. — Ну, хорошо. Можешь не заниматься лыжами, хм, как спортом. Я не настаиваю. А просто пробежать на соревнованиях и отстоять честь города ты готов?

— Это когда будет? — спросил я.

— Да после завтра.

— О! Ничего себе! — удивился я. — У нас, вроде нет ничего, а, Виталий Петрович? Разрешите поучаствовать?

Физруки переглянулись. Мой тренер улыбнулся.

— Поучаствуй. Тебе только на пользу соревнования пойдут. Это особый настрой, мандраж.

Я фыркнул. Физруки и незнакомец переглянулись потом незнакомец сказал:

— Меня зовут Игорь Борисович Филимонов. Встретимся завтра в восемь в диспансере. Знаешь где это? Под площадью, где шахматный клуб.

Я кивнул.

— Мы тоже там проходим диспансеризацию, — сказал Виталий Петрович.

— Все там проходим, — почему-то вздохнул мой новый наставник.

— Я свободен? — спросил я.

Мне кивнули все разом. Я улыбнулся.

— Остыл уже, пойду, скачусь ещё пару раз.

Отъезжая краем уха услышал, как Филимонов, обращаясь к моему тренеру, сказал: