— Лен, — выдохнул он, чувствуя, как горят щеки. — Я это… в общем, я хотел сказать… ты мне… не то, чтобы… — Он запутался, сбился, засопел, как мальчишка, проклиная себя за косноязычие. — Я тебя люблю.

Елена молчала долгих пять секунд. Потом уголки ее губ дрогнули в улыбке, и она тихо, почти беззвучно, ответила:

— Я тоже.

Она взяла его за руку и хотела добавить еще что-то, но из-за поворота донесся голос Круглова:

— Новиков, Ковальчук! Вы там примерзли, что ли? Через два часа выезд, а они сантименты разводят! Живо! Успеете еще!

Артем чертыхнулся и, улыбаясь во весь рот, виновато развел руками. Елена рассмеялась, тряхнула головой, на секунду прижалась к нему, потом резко отстранилась, и первая пошла к выходу. Артем, весь в каком-то радостном оцепенении, двинулся за ней.

Топаз, стоявший у входа в гараж, проводил их взглядом и покачал головой.

— Слышь, Карась, ты бы помягче с ними. Не видишь, что ли, что любят друг друга? Молодые, первый раз в жизни, может, признались… А ты их сразу авторитетом даванул на всю катушку. «Примерзли, что ли», — передразнил он Круглова. — Нет в тебе чуткости, папаша.

Круглов устало посмотрел на механика, пожал плечами.

— Я вижу, Руслан. Не слепой. — Он помолчал, потом добавил со вздохом: — Сейчас ну вот совсем не до этого. А вот потом, когда все кончится, если они оба вернутся… да ну, к черту… не если, а когда мы с этой ерундой разберемся, вот тогда, уж поверь, я им лично пожелаю счастья и распоряжусь, чтобы переезжали в двойную каюту. А сейчас — работа. Времени в обрез.

— Ну ты и диктатор, — в притворном испуге мрачно протянул Аскеров. — Вот прямо-таки и двойную? А мне можно?

— Да хоть весь склад пусть забирают! — огрызнулся Круглов. — А ты что, тоже в кого-то влюбился? В реактор, что ли? Или в паука своего ненаглядного, которых у тебя целый гарем? И кстати, Руслан, ты вообще … чего встал-то? Шевелись уже, у меня для тебя работы выше головы. Развели бардак, никакой дисциплины!

— Слушаюсь, тащ командир! Разрешите приступать к исполнению!

2

Прошло несколько дней с того дня, как из Москвы пришло долгожданное «добро». Собственно, в его получении Круглов и не сомневался, но он прекрасно знал, что такое — согласование между целой кучей ведомств и структур, которое даже в режиме «максимального благоприятствования» пожирает кучу времени. Зато за эти дни техники откалибровали нужное оборудование, а Топаз лично и не по разу проверил каждый узел «Быка».

Артема Новикова что-то беспокоило. Он и сам не мог понять, откуда волнение — но под ложечкой словно бы ворочался холодный комок. «Мнительность, нервы, ведешь себя как… как гимназистка!» — ругал себя Артем, хотя понятия не имел, как вообще вели себя гимназистки.