— Уже темно, — оглядевшись по сторонам, сказал Пекарев. — Сейчас ночь?

— Вечер.

— Кто ты? — Пекарев остановил свой взгляд на мне.

— А ты как думаешь?

— Полагаю, — задумался Алексей, — ты не юрист Спиридоныча.

После действия тяжелого седативного препарата мыслил Пекарев на удивление ясно.

— Правильно полагаешь. Я хоть и уважаю данную профессию, но сам не являюсь представителем оной. У меня хоть какие-то принципы имеются.

— Значит, другие тебе не видят, — припомнив последние события, констатировал Алексей. — Я видел тебя и раньше, — напряг память Алексей, — только думал, что ты мне мерещишься. После визита редактора решил, что ты его дубинка против меня. Сейчас, — он подумал секунду, — сейчас уже не уверен.

Я опять кивнул подопечному. Пока ход его мыслей был правильным.

— Стоп, ты спас меня! — Выудил из своей памяти нашу первую встречу Пекарев. — Тогда, после драки.

— И что? — Пожал я плечами. — Можешь не благодарить.

— Ты что-то потустороннее?

— Ты прекрасно знаешь, кто я. Только боишься это вслух произнести.

— Ты тот, о ком говорила Анна… — словно размышляя вслух, протянул писатель. — Ты, — он вдруг побледнел, — ты, дьявол?

Я аж поперхнулся от такого предположения.

— Стал бы Он с тобой лясы точить. Нет, Алексей, я не Он.

— Тогда, кто?

— Скажем так, тот, чье имя у нас не принято произносить попусту, создатель и идейный вдохновитель корпорации, в которой я служу рядовым клерком.

— Как в моей книге?

— Именно.

— То есть, книгу не я писал.

— Ну почему не ты, — поспешил успокоить своего подопечного я, — писал, как раз ты. А вот, диктовал её тебе уже я.

— Зачем?

— А сам, как думаешь?

— А я ничего уже не думаю. Мне и правда психиатру бы показаться.

— Ну, это дело нужное, иногда даже полезное. Только, конкретно в этом случае, он тебе не поможет.

— Что ты имеешь в виду? Я чокнулся окончательно?

— Скорее наоборот — прозрел. Видишь, ли, дружок, тебя даром наградили.

— Кто, Анна?

— Догадлив. Она.

— Каким даром?

Я развел руками:

— Видеть меня. Может, даже нас. А возможно и куда больше моих самых смелых предположений.

— Очевидно, не только видеть, но и чувствовать. — Пекарев вновь поморщился. — Почему ты так воняешь?

— Принюхаешься. Я окна отворил.

— Спасибо, но помогает не так чтобы очень. Да и не хочу я к такой вони привыкать! — Возмутился Алексей. — Как мне избавиться от этого дара?

— Я понятия не имею, как ты его получил, — сказал чистую правду я, — с чего мне знать, как от него избавиться?

— Разве тебе выгодно, что я знаю о твоем присутствии?

— Думаю, вопрос лежит в иной плоскости, — вкрадчиво сказал я и тут же пояснил. — Подспудно, где-то в глубине души, ты всегда знал, кто тебе помогает. Знал, и даже книги об этом писал. Вопрос в том, почему ты не обращал на это внимания, пока не увидел меня воочию.