Глава 8
«План по грехам — как диета: все его обсуждают, но никто не выполняет»
.
(Ааронизмы
– неизданное)
Потом они все вместе ели из одной кастрюли холодные котлеты. Старушка, как выяснилось, свистнула их с пищеблока еще днем, и бог знает, где прятала до самой ночи. Пекарев ел, усилием воли подавляя брезгливость. Тут уж ничего не поделать — за последние годы богемной жизни, он привык питаться только в дорогих ресторанах, а кофе пил исключительно в модных кафешках и неприлично дорогих заведениях центра столицы, служа им своеобразной рекламной поддержкой. Как-никак, сам Пекарев не гнушается испить кофий из задницы, какого-то невиданного в холодной России мусанга. И подается сей напиток богов не в простом стаканчике, а исключительно в стаканчиках из вторсырья. Такая вот, коллаборация — эко-фредли заведение посещает эко-френдли писатель. Сейчас вообще мода на все с приставкой «эко». По всей видимости, скоро вернемся к технологии строительства загородных домов из кизяков.
Платили за такие перфомансы немалые деньги. Не то чтобы Пекарев на тот момент в них нуждался, но если доход сам идет в руки, чего ж отказываться то? К тому же, такие рекламные завтраки нередко сопровождались встречами с блогерами-миллионниками, что в свою очередь поднимало личный бренд писателя на новый уровень. Так это и работает в мире, где рекомендация знаменитости стоит больше, чем качество рекомендуемого товара.
Казенная же еда, особенно в таких антисанитарных условиях, никак не шла Пекареву в горло. Но дабы разобраться в этом странном действе, больше напоминавшем некий ритуал, и не стать в первый же вечер белой вороной в глазах ангелоподобной Анны, он ел. Давился, но ел. Особенно тяжело было жевать холодную пищу. Ревизию своего состояния Алексей еще не проводил, но то, что во рту недоставало нескольких зубов, ощущал отчетливо. Вероятно, выглядел он сейчас неважно. Даже вспомнилась избитая фраза о том, что «в гроб и то краше кладут». Интересно, и чем это он так приглянулся Анне?
После позднего ужина старушка ушла, прихватив с собой пустую тару. Вместо нее пришла какая-то молодая девушка, может чуть постарше самой Анны. Остаться девушка не решилась, видимо, смущалась Алексея, но после ее ухода заговорщики разжились графином с компотом и презервативами. И если компот Алексей еще мог объяснить по аналогии с котлетами, то средства контрацепции были явно лишними. После были и другие визитеры. Причем, каждый приходил в свое (судя по всему, строго выверенное ) время и приносил что-то свое: кто пачку сигарет, кто еду, кто сладости. Один бодрый старичок из отделения неврологии даже умудрился принести бутылку дорогущего вина. Уж в чем-чем, а в брендированных напитках Пекарев знал толк — старик реально заморочился. Возможно, даже сбежал из больницы на время, дабы разжиться этим напитком. Впрочем, пить дедуля наотрез отказался, сославшись на язву, чем опять поставил в тупик Пекарева. Зачем бегать за бутылкой, если сам в «соображении на троих» принимать участие не планируешь?