Кем были все эти люди, Алексей понял по контексту их разговоров с Анной. Догадался он и о том, что все визитеры выполняли какие-то задания девушки. Оставалось выяснить лишь самую малость — на кой хрен этой странной девушке вообще как-то напрягать пациентов стационара.

Алексея съедало любопытство, но прямо задать свои вопросы Анне он не мог — внимание девушки было приковано к ее подопечным. С каждым из них Анна общалась отдельно. Каждому уделяла толику своего внимания. И каждый ею восторгался, получив что-то свое. С кем-то Анне приходилось говорить подолгу. Такие визитеры уводили Анну в сторонку и долго ей что-то рассказывали. Девушка в этот момент внимательно слушала и лишь изредка задавала какие-то вопросы. О чем были эти беседы, Пекарев не слышал, но в его голове уже была четкая аналгия происходящему — так вели себя прихожане любой церкви. Только в отличие от простой исповеди перед священником, перед Анной эти «прихожане» не вставали на колени и никаких грехов им Анна, разумеется, не отпускала. Но даже при таком раскладе эти пациенты уходили из бельевой в приподнятом настроении. Иным же было достаточно простого физического контакта. Таких Анна просто обнимала и отпускала с миром.

— Ты для них кто-то вроде гуру? Эдакий, коуч на минималках? — продолжая вертеть в руках так и не выкуренную сигарету, спросил Алексей, когда в бельевой не осталось никого, кроме них с Борисом.

— А на что это похоже? — все с той же лукавой ухмылкой спросила Анна. К этому моменту время уже перевалило далеко за полночь.

— На то, что вы группой лиц и по предварительному сговору курите и употребляете спиртное в бельевой комнате. А под шумок еще и объедаете других пациентов.

Анна рассмеялась, но уже через секунду сильно закашлялась.

— Нет же, глупенький, — отдышавшись, ответила она. — Подумай еще.

— Они все хотят тебе помогать. Хотят выполнять твои задания. Это какая-то игра?

— Уже ближе, но нет, это не игра.

— Они хотят твоего внимания?

— Теплее, но нет.

— Они… Эмм, — у Пекарева закончились приличные варианты, — наверное, сдаюсь.

— Они все жить хотят, новенький.

— Меня Алексей зовут, кстати.

— Фух, — картинно выдохнула и смахнула со лба воображаемый пот Анна, — а я-то уже подумала, что ты страдаешь амнезией. Помнишь, как в бразильских сериалах? Каждая вторая героиня и каждый третий герой получал амнезию.

— Просто клишированный сюжетный ход. У нас в литературе сейчас таких полно.

— Ты критик?

— Хуже. Я писатель.

— Что пишешь?

— Тебе не понравится.

— Тогда, зачем пишешь?

— Нравится другим.

— Получается, я другая, раз мне не понравится?