Было принято решение придержать ценный чемоданчик Дарьи в сейфе стационара, как если бы она с ним поступила по скорой. Оформляли личное имущество пациентки как полагается — всё честь по чести, с привлечением понятых и прочей бюрократической фигней. Никто не желал отвечать за столь внушительную сумму денег.

— Вот, придёт в себя пациентка Салатова, — объяснил главный врач стационара заинтересованным лицам, — и сама разберется, что делать со своим ценным имуществом. А пока оно будет оформлено, как положено и останется в сейфе приемного покоя.

Анализируя ситуацию, Пекарев сломал себе мозг, но так и не понял, зачем бандитам понадобилось похищать именно Дарью, если можно было с тем же успехом проникнуть в хранилище стационара и похитить сразу лям зелёных. Уж это было бы не намного сложнее похищения человека. Более того, так для них было даже надежнее — уж надеяться на то, что Пекарев сам, каким-то образом сможет завладеть заветным чемоданчиком и передать его им, было как минимум наивно, если не сказать тупо.

Если уж совсем откровенно, то в этой истории вообще ВСЁ было до крайности тупо. Эта мысль никак не покидала голову Алексея. Неужели никто вокруг не понимал, что происходящее вокруг, это какой-то гребаный сюрреализм, какая-то нелепая и уродливая карикатура на реальную жизнь.

Однако думать о том, какие причудливые формы, порой, принимает жизнь, было не с руки — время поджимало, нужно было действовать. Пекареву ничего не оставалось, как положиться на связи отца Евгения. Уж как тому удалось убедить писателя в том, что обращаться в полицию нет никакого смысла, одному богу известно. Должно быть, их, экзорцистов, не только демонов изгонять учат в семинариях, но и нейролингвистическому программированию.

Так или иначе, а Пекарев почему-то поддался внушению отца Евгения и всецело ему доверился. В скором времени, стало известно и место нахождения похитителей — отцу Евгению для этого потребовалось сделать всего пару звонков, что уже должно было насторожить Алексея. Должно было, но почему-то не насторожило. Ну не мог Алексей тогда соображать здраво. Он нуждался в ком-то, кто возьмет его за руку и поведет за собой. Нуждался в некоем условном якоре, который не позволит унести его сознание в открытый океан абсурда, бушующий вокруг.

Вдвоём они направились прямёхонько по добытому священником адресу. Без оружия и без денег.

Пекарев, кстати, понятия не имел, как они будут действовать по прибытии на место. Он вообще в последние часы пребывал в какой-то прострации. По сути, его мозги начали соображать лишь сейчас, когда они выехали на финишную прямую, преодолев пол-Москвы. Судя по навигатору, ехать то цели оставалось минут пятнадцать не больше. С их приближением к пункту назначения, близилась и развязка всей этой странной истории.