Или еще можно изменить решение? Сам Берия не был сторонником разделения. Он знал точно, что как только сионисты обретут твердую почву под ногами, все поменяется. И никакие былые договоренности уже не будут играть ни малейшей роли. Кажется, как раз об этом и говорил Буров.
— Это все проблемы будущего, а что он говорил о настоящем?
— Обещал, что мы победим. Берлин будет взят, Гитлер покончит с собой, полную и безоговорочную капитуляцию подпишут. Даже называл дату — 9 мая 1945 года, но потом добавил, что сейчас в историю вмешался фактор личности, и все даты событий могут сильно сдвинуться как в ту, так и в иную сторону.
Берия прекрасно помнил названную дату. Метерлинк неоднократно упоминал ее. Любопытно, два независимых источника сообщали одно и то же. Это, конечно, могло быть совпадением… либо же какой-то особо сложной игрой, в которой замешаны разведслужбы других государств…
Или же все правда, и эти двое — Буров и Метерлинк — на самом деле знали, что случится в будущем.
На какое-то время в кабинете вновь воцарилось молчание. Лаврентий больше не задавал вопросов, а Яков рассказал все, что помнил. Выговорившись, он будто утратил былые силы, чуть сгорбился и смотрел в пол.
А потом случилось то, во что Лаврентий ни за что бы не поверил, если бы не увидел собственными глазами.
Сталин положил трубку, встал, вышел из-за стола и распахнул свои объятия сыну.
— Я рад, что ты выжил, Яшка!
Глава 7
Все оказалось далеко не так просто, как мне хотелось. Мы несколько раз попытались выйти наружу через ходы, к которым приводил нас Олаф, но едва уносили ноги, чудом оставшись незамеченными. Патрули заполонили город и были, казалось, повсюду. Уж не знаю, на нас ли охотились фашисты или это было обычным усилением, но выбраться из подземных систем пока оказалось невозможным.
Гришка не верил Олафу, злобно на него поглядывал. Мой боец полагал, что немец специально выводит нас в такие места, где риск быть пойманным предельно высок. Тот факт, что при этом могли схватить самого Олафа, Григорий не учитывал, считая, что нельзя верить ни одному человеку германской нации.
Я с ним согласен не был. Вряд ли Олаф умудрился бы столь точно все подгадать. Просто так совпало, что все пути оказались перекрыты. Ничего, кто ищет, тот всегда найдет! Иногда нужно лишь немного подождать, чтобы задуманное свершилось самым лучшим образом. Просто не лезть на рожон, если видишь, что в данный момент дело не ладится.
После четвертой безуспешной попытки, я принял решение.
— Ночуем под землей! Сторожить немца будем по очереди. И, Гриша, я тебя предупредил… чтобы ни одной пылинки с него не упало!