«Да я-то откуда знаю? Вроде вполне адекватный парень, хотя Федька видел, как он тоже пил водку. А баба его — в хлам».

'Ты проверил? Это точно Настя Небудина?

«Не сумел».

«Как так? А биосканер?»

«Да нет на стакане, из которого она пила, никаких биологических следов».

«Вообще? Так, может, она — кукла, подстава?»

«А водка? Роботы не упиваются в хлам»

«А этот Борис мог уничтожить её следы?»

«Думаю, мог. Технологически Империя превосходит нас сильно, могли придумать что-нибудь незаметное».

«Жаль… Вот же скотиняка какая…»

«Делать-то что?»

«Сиди тихо, жди дальнейших распоряжений. Главное — не спугни этих двоих».

«Понял».

Маркус вырубил контакт и уставился в пустой экран коммуникатора.

Вот же принесла нелёгкая этих странных гостей. И что теперь делать? Как бы не выйти ему виноватым за укрывательство.

Может, наплевать на местных братков и лететь в торгпредство на поклон к алайцам? Ссориться с алайцами — смерть для торговца.

Но что, если ящерицы явятся в бар, начнут пальбу и всё заведение разгромят? Кто будет тогда виноват, если не он сам?

Алайское торговое представительство было совсем недалеко от Лагуны. За пару часов можно было добраться. Вернее, за пару-тройку, если учесть очереди на шлюзование и возможные задержки в полёте. Астероидный пояс всё время подбрасывал сюрпризы для навигации.

Откуда на карусели торгпредство? Так это в Империю алайцам хода нет, разве что в наручниках или замороженными тушками для экспериментов Гендепа.

В Содружестве же алайские торговые представительства существуют вполне легально, особенно в пограничных к Империи мирах. Границы и алайцы — это вещи совместные.

А уж на Карусели, где царили клановые законы, похожие на алайские, ящерицам было просто маслом намазано — скользко, конечно, но как манит!

Маркус знал: ящерицы утверждали сейчас нового фатха, взамен недавно зарезанного — наглого и бестолкового Бариана Эки-Каяра, чтоб ему достался ад без гурий!

Фатх был не только формальным главой алайского торгпредства, но и неформальным босом всей диаспоры — и мирных торговцев, и бандитов.

Он же отвечал за общак — чёрную кассу диаспоры — и был судьёй в гражданских и бандитских разборках.

Звали новоприбывшего фатха Гиех Туль. Был он из тех самых Тулей, что уже 200 лет надзирали за крайним Югом.

Торговцы на Карусели радовались его назначению. Гиех Туль для разнообразия был не бандитом, а особистом, полковником службы государственной безопасности Э-лая. И это давало хоть какие-то надежды на справедливость.

Толстяк Маркус алайцев боялся больше, чем соплеменников. К тому же он пылал сейчас благородным негодованием. Кто виноват, что чужак выбрал именно его бар? И донос тут дело, скорей, благородное…