— Что бы вы понимали! — фыркал Владимир. — Это моя лаборатория.
И, похоже, не только она. Кое-что из ящиков уже вытащили. Книги, например. Они стопками лежали на полу. Или вот… мольберт⁈ Мира не удержалась, наклонилась, чтобы рассмотреть получше. И точно, мольберт. А рядом, в коробке, краски и кисти. Карандаши. Бумага. Холсты. Растворители.
Сердце забилось чаще. Неужели это сюрприз? Насколько Мира знала, Владимир умел хорошо чертить, но не рисовать.
Как же приятно, что он такой заботливый!
Она отошла от коробки, села к ней спиной. И вовремя! В спальню вернулся Владимир.
— Однако… — протянул он, едва заметив Миру.
А она запоздало вспомнила, что явилась в спальню к мужчине поздно вечером. В ночной сорочке. С распущенными волосами.
И что он мог подумать⁈
— А я… Вот! — Мира вытянула вперед руки, показывая Владимиру дневник. — Надо напоить его кровью. Ты сказал.
— И? — спросил Владимир, подходя ближе.
— Так я боюсь. В смысле, одна. Давай вместе?
— Как ты сюда попала? Я дверь запер. Не ключом.
Об этом Мира тоже не подумала. Но ведь и скрывать ей нечего.
— Меня дом привел, — сообщила она.
И рассказала о двери и ходе.
— Понятно. — Владимир потер висок. — И как тебе в голову пришло…
Он не сердился. И вообще, казался спокойным.
— Болит? — спросила Мира. — Голова? Хочешь, массаж сделаю?
— Не стоит, — отказался он. — Не болит. Это я так… Очередная странность. Их уже столько, этих странностей, что я склонен считать их нормой для этого места.
— Что-то еще? — поинтересовалась Мира. — Не связанное со мной?
— Полагаю, с тобой все и связано. Разобраться бы, да раньше, чем случится что-нибудь непоправимое.
— Может, все проще? — предположила она. — Нет никакого заговора? Красибор передаст ключ, и все. Лукоморье уже откликается на мои просьбы.
— Боюсь, что-то, да есть, — вздохнул Владимир. — Ты как? К чудесам готова? Хочу тебе кое-что рассказать. О котике.
— А что котик? — встрепенулась Мира. — Он вернулся? Ты его видел?
— Ты сказки хорошо помнишь?
— Не знаю. Помню, наверное. Какие-то лучше, какие-то хуже, — призналась она.
— О коте Баюне, например?
— Сказки такой и нет вовсе. Или я ее не слышала. — Мира задумалась. — Нет, не слышала. Но нянюшка мне говорила, мол, послушным девочкам кот Баюн волшебные сны посылает, а непослушным — кошмары.
— Это и нам в детстве говорили, — хмыкнул Владимир. — Так что не только девочкам, но и мальчикам. А в дороге… ты какие сны видела?
— Да я и не помню, — растерялась Мира. — Может, и вовсе никаких. Володя, о чем ты?
— Да о Баюне. Тьфу! Об Оскаре. Он Баюн.
— Чего? — Мира рассмеялась. — Это он тебе сказал?