— Так внутрь зайти надо. И без силы наследной никак.
— То есть… не только частица Лукоморья нужна? — спросила Мира. — Сила хранительниц — тоже?
— А как же! С частицей и без силы войти можно. Но без силы на Буяне делать нечего.
Мира и Владимир переглянулись.
— Не отдает? — прищурился Карл Богданович. — Борька-то?
— Красибор? Не отдает, — кивнул Владимир. — Говорит, пойти туда, не знаю, куда, и принести то, не знаю что.
— Ить! — икнул Карл Богданович. — Настенька, чтоб тебя…
— То есть, требование правомерно? — уточнил Владимир.
— На нее это похоже, — кивнул Карл Богданович. — Могла такое задание назначить.
— А где это? — вновь вмешалась Мира.
— Не знаю. — Карл Богданович развел руками.
— Деда, может, у дядьки Кощея спросить? — подал голос Оскар, до сего момента скромно стоящий в сторонке.
— И он не знает, — отрезал Карл Богданович. — Никто не знает. Хотя… — Он вновь почесал шею. — Спросить можно. Тем более, он — лицо заинтересованное.
— Почему?
— Это он сам расскажет.
— А…
— Пора мне. — Карл Богданович поднялся. — Кольцо раздобудете, милости прошу. Оскар проводит.
— Деда…
— Да расскажи им сам, ты ж знаешь, — велел он внуку. — И не маячь в усадьбе, Борька увидит, беды не оберешься.
— Я осторожно, — пообещал Оскар.
Попрощаться с Карлом Богдановичем Мира не успела. Дверь захлопнулась, избушка со скрипом развернулась «передом» к лесу.
— Любаш… — позвал Владимир каким-то странным голосом.
— А? — спросила она.
— Ущипни. Что-то кажется мне, то ли брежу, то ли сплю…
— Так мы вместе… спим или бредим, — фыркнула Мира.
— А я ж вам котенка достал! — вспомнил Оскар. — Всамделишного!
Глава 24
Глава двадцать четвертая, в которой Владимир верит байкам кота Баюна
Где Оскар прятал котенка, Владимир так и не понял. Но он и не задумывался. Тут и без внезапно появляющихся «всамделишных» котят чудес столько, что голова идет кругом.
Вот они идут прочь от избушки, той же тропой. У Владимира с ориентированием на местности никогда проблем не было. И вот они уже на берегу моря. Вернее, на обрыве, и все еще под тенью леса. С котиком.
— Тут красиво, — словно в оправдание сказал Оскар. — И тихо. Местных лес сюда не пустит.
Уж на что Владимира сейчас не занимала красота природы, но и он впечатлился. Внизу море плещется. Сквозь кроны деревьев, окрашенные осенью в золото и багрянец, синее небо просвечивает. От земли и камней, нагретых солнцем, тепло идет. Все еще темно-зеленые кусты камелии густо покрыты цветом: кремовым и красным. А на траву словно брызнули синей краской: качаются на коротких ножках нежные крокусы.
Направо посмотришь — деревня рыбацкая, лодки на берегу, растянутые сети. Налево — городишко на склоне горы. Белые домики с красными крышами. А впереди, в море, остров, окутанный туманом.