Лунчжэнь согласно кивнул.

— Семейка Сун мне тоже хорошо известна. Сун Гао — глава рода, у него два сына, женатый Хэлинь и холостой Шэньчао и дочь Линьсинь, красотка и глупышка. У главы рода два младших брата и три старшие сестры, но замужем только одна, и та бездетна. Побочные ветви, около семидесяти человек, в счёт не идут: они ничего не решают. Из чего тут выбирать?

— Ты с ними так близко знаком? — удивился Ли Лунчжэнь.

— А что удивительного? — зло проронил Ци. — Я им, конечно, неровня, но я всё же сын дворцового мечника, наставника наследников, и знаток антиквариата, и ссоры со мной никто из них никогда не искал. Ну и я своими делами занимался, на пути ни у кого не стоял. А старик Сун… В общем, мы поладили.

Ли Лунчжэнь смерил Ци долгим взглядом.

— Хорошо. Что ты скажешь о Цао?

— Цао Чилинь — человек излишне осторожный. И сынок — копия папаши. Такие действуют не мечом, но ядом. Эта семейка подсунула своих девиц во все крупные семьи города, правда, не за прямых наследников. Я не верю в Лиса из этой семьи. Наш Лис бесстрашен, дерзок, умён и нагл. Эти трусливы и очень осторожны.

— А что мы имеем в семейке Шэнь?

— О, эта семейка та ещё… Шэнь Чэнцзян, глава рода, в прошлом известный красавец и умница. И потаскун. У него только по дому около пяти внебрачных детишек. Что до законных… Его сынок Шэнь Панжунь, истинный сын отца, тоже красавец, дебошир и потаскун. Его братец Шэнь Пань, прозвище Биньбинь, очень… странный молодой человек. Ну и сестрица их, красотка Шэнь Гоцинь, вы её видели, она всё с принцессой возле Ханя крутилась.

— Видел, конечно, — подтвердил Ли Лунчжэнь.

— Она была помолвлена с одним молодым человеком из Лояна, но свадьбу отменили в последний момент. Говорили, случилось какая-то нелепая ссора, но поползли куда более зловещие слухи. О делах, о которых не принято говорить вслух. Но женские тайны скучны. Теперь Биньбинь, — проговорил Ци, задумчиво хмурясь. — Он производит странное впечатление. Неуловимая нервозность в движениях, вечно блуждающий взгляд. Он как-то пришел в лавку старика Юаня и попросил… лампу Ан Инь. Дурак. Говорят, слабоумен от рождения. Но дурнее всех в этой семейке Шэнь Панжунь.

— Постой, как дурак? Он же был первым на императорском экзамене!

Ци только брезгливо хмыкнул.

— Ну, было бы странно директору академии не заставить сынка заучить сотню классических текстов, да только умным это ещё никого не сделало. Истинная мудрость не в запоминании цитат, а в умении понимать. Панжуню не объяснили, что надо различать существенное и неважное, осознавать степень риска своих действий и не пытаться моментально получить всё, что вздумалось.