Это было очень интересно, и в другой раз я бы послушала о родных, но близость дракона казалась почти удушающей и мешала соображать, хотя одно я знала наверняка. Какими бы ни были его поступки в том прошлом, где он был знаком с моими родителями, сейчас я не могу ручаться за то, что мужчина будет на моей стороне. Даже если учесть его особое ко мне отношение, а значит, и доверять ему у меня просто не получится.
— Что Вы хотите, ард Сильвери?
И лучше бы я не задавала этот вопрос, потому что ответ меня совершенно не устроил.
— Знаешь, раньше я бы не посмел даже взглянуть на дочь друга, но в нынешней ситуации… Мне плевать, ведь его больше нет, — уведомил мужчина с небывалой циничностью, и вот тогда мне стало действительно не по себе. — Отныне я официально заявляю, что сделаю всё, чтобы ты стала моей, Аделина. Просто знай это и будь готова.
Когда он переносил меня обратно, губы пекло от непрошенного, насильного поцелуя, а тело ломило в тех местах, где он меня сжимал, и я впервые не знала, как быть.
10
Почти все остальные занятия прошли как-то мимо меня. Друзья не спешили ни о чём спрашивать, и только посматривали с беспокойством, а я не в состоянии была думать о том, как выгляжу или о наказании, которое ждёт. Всё, что волновало, это поведение дракона, становящееся всё хуже и хуже, но кроме того, покоя не давали мысли о Бэтьке и о том, добралась ли она до академии.
Мне было непросто успокоиться, не зная всего наверняка. Я вообще ненавидела неопределённость больше всего на свете, но всё же собралась, стоило вспомнить наставление нового преподавателя. В уме я сделала очередную пометку о том, чтобы выяснить, зачем магистр оказал мне такую поддержку, поскольку ни в чью бескорыстность уже не верила, а затем вновь влилась в университетскую жизнь, рассудив, что проблемы стоит решать всё же по одной.
А их свалилось уже достаточно…
На «Семейном этикете», который нам поставили последним, мы с Рокси откровенно филонили, практически не слушая этого напыщенного русала, вещающего о том, что у жены не может быть отговорок, если муж о чём-то просит. Другие девчонки внимали и записывали с таким энтузиазмом, словно и правда верили, что головные боли — не оправдание, чтобы не исполнять супружеский долг, в то время как другие могли только молча скрежетать зубами от услышанного бреда.
— И помните, мышки, — напутствовал он, — вы всегда, повторяю,всегда обязаны выглядеть так, будто готовитесь к приёму во дворце! Даже если у вас сломана нога.
Какая жесть…
— Так он тебя не съел? — тихонько поинтересовалась оборотница, уловив момент, когда этот скользкий преподаватель отвернётся.