Квазимодо посмотрел в огонь маленького костерка, подсунул еще ветку:

— Да, план… С планом тяжело. Скрыть, кто мы такие и что нам нужно, не получится. Поэтому мы скажем правду…

Барахла оказалось неожиданно много. И как такую уйму вещей умудрились тащить столько дней? Квазимодо почесал пятку о холодный песок и принялся сортировать вещи. Ныр преспокойно сопел у костра. Ныряльщику, кроме оружия да лесок с крючками, разбирать было нечего. Квазимодо аккуратно обернул тряпкой уцелевшие флаконы с благовониями, отложил в сторону. На косынке блестела горка драгоценностей — в основном цацки прекрасной леди Атры. Был еще целый ворох трофейного оружия — ну с ним никаких осложнений не возникнет. Вор полюбовался на остаток лекарственной косточки и банки с докторским эликсиром — вот они, истинные драгоценности. Была еще полупустая фляга с конь-яком — тоже вещь ценная. Ну, спиртное боги еще дадут, а вот эликсир и единорожью косточку нужно непременно сохранить от чужих глаз и лап. Хорошо еще, мало кто может догадаться, какое это сокровище. Вор принялся разглядывать на просвет костра потрепанные тряпки — когда-то блистательные одежды покойной синеглазой красавицы. Знал ведь, что могут пригодиться, да ведь как убережешь на таком беспокойном пути?

Тьма за спиной изменилась. Квазимодо чуть вздрогнул — бесшумных шагов никогда не слышишь, — но к оружию тянуться не стал.

— Чего не оборачиваешься? — хрипловато спросили за спиной. — Думаешь, я не поняла, что ты меня заметил?

— Зачем оборачиваться? Ты всегда со стороны отсутствующего глаза подкрадываешься.

— Вечно ты чушь выдумываешь. — Крупное пушистое создание подошло к костру и село рядом с вором, изящно обернув ноги пышным хвостом. — Сидишь здесь как этот… как старьевщик, — вспомнила лиска городское слово.

— Что делать, должность такая, — рассеянно сказал Квазимодо, встряхивая тончайший, в дырах, шелк.

— И мне это надевать? — с отвращением поинтересовалась лиса.

— Придется потерпеть, детка. Ты должна быть особенной.

— А так я самая обыкновенная? — хрипло фыркнула кицунэ.

— Ты у меня самая необычная и красивая. Но в этом бесстыдстве будешь еще необычнее. — Квазимодо вертел невесомые лоскуты, прикидывая, как же это одевается.

— Думаешь, в голом виде я поражу их больше? Здесь одни дырки.

— Ну, между дырками кое-что осталось. А с прорехами будет даже правдоподобнее.

— Я и так им покажусь очень правдоподобной.

— Не сомневаюсь. Но в господских тряпках будет правильнее. Не волнуйся, пожалуйста. — Вор потянулся и погладил рыжую голову между острыми ушами.