Между альфой и членами стаи действительно существовало что-то вроде ментальной связи. Мало ощутимой и практически бесполезной, но она была. Больше для того, чтобы они могли общаться в обличии зверей. Понимали, кто есть кто, и слушали приказы альфы. Как я поняла, это микроимпульсы, посылаемые друг другу по мере надобности.

Я задергалась на стуле, глядя Шейну прямо в глаза, с такой силой, что тот, не выдержав, опрокинулся на бок. Я ударилась, но не чувствовала боли. Единственное, что меня заботило, это дикое желание ничего не забыть. Остаться со своим волком рядом навсегда, как он и говорил. Чтобы прямо сейчас сюда ворвался Мустанг, и все закончилось как страшный сон.

Все внутри меня горело огнем от боли. Я не хотела забывать свою любовь. Я хотела прожить с ним счастливую жизнь, родить детей, заниматься любовью ночами напролет. Объездить весь мир и любить, любить, любить.

Женщина с лиловыми глазами, не прекращая, читала свое заклинание, стоя в центре помещения. А мысленно читала все известные мне молитвы, желая, чтобы ее заклинание не подействовало. Заодно проклиная ее до сотого колена.

- Довольно! - прошипела она мне в лицо, резко оказавшись рядом. - Прекрати! Хватит молиться своим никчемным богам. Они тебя не услышат.

Затем она сдула мне в лицо какую-то пыль, и я провалилась в темноту. Паника затопила сознание, потому что я больше никогда не увижу Шейна, не услышу его голос, не почувствую его тепло и запах. Это разрывало мое юное влюбленное сердце.

- Я люблю тебя, Аше. - услышала голос Шейна на краю сознания.

Мне снова снился сон с той женщиной, которая призывала меня принять свою судьбу. В этот раз она призывала меня к чему-то, но, естественно, я не помнила, не понимала ее слов. Лишь любовалась ее красотой, не в силах запомнить хоть слово.

- Шейн! Шейн! - закричала я.

Подскочила на постели, как ошпаренная, оглушенная собственным криком, но тут же умолкла, когда поняла, что нахожусь в каком-то гостиничном номере. В голове смешались мысли. Я отчетливо помнила, что еще совсем недавно была рядом с Шейном, и нам обоим должны были стереть память. Однако я помнила всё до последней мелочи. Эмоции смешались в дьявольский коктейль. С одной стороны, я была рада, с другой — буквально давилась горечью.

Взяв себя в руки, осмотрелась. Я действительно находилась в номере отеля. Причем не самом приличном, но это было неважно. На постели обнаружила большой крафтовый пакет. В нем лежала приличная сумма денег наличными, банковская карта, мобильный телефон и поддельные документы — все, что было нужно для полноценной жизни. Мне прибавили пару лет в возрасте. Оказалось, что теперь я была девятнадцатилетней Марией Сергеевной Ребровой. На стуле аккуратной стопкой лежала одежда, а под стулом — обувь.