Барма владел многими заведениями в городе, такими как загородные базы отдыха, рестораны, гостиницы, ночные клубы, спортивные комплексы. Короче говоря, он оказался еще более крутой шишкой, чем я думала. У него даже была своя яхта и вертолет. Понимаете уровень, да? Я рассматривала его редкие фото в интернете, похоже, он не любитель фотографироваться, и думала о том, как же я вляпалась. А еще у него не было никаких социальных сетей, и это уменьшало мои шансы разузнать о нем побольше ценной информации, придется расспрашивать его лично.
Олеська трезвонила мне раз десять и писала сообщения, но я упорно игнорировала ее, делая вид, что сплю. Что-то подсказывало мне, что лучше не делиться с ней ничем подобным по телефону, да и вообще стоит придумать для нее какую-нибудь легенду. Скажу, например, что договорилась с владельцем клуба о том, что отработаю ему весь ущерб в качестве бухгалтера. Недаром мы учимся на математическом, она должна мне поверить, наплету что-нибудь про внезапно уволившегося работника, которого я вызвалась заменить безвозмездно до уплаты долга, а Олеську там строго-настрого видеть не желают, я кому, это было вторым условием, и мы, по сути, мягко отделались.
Когда на улице стало светать, я все-таки бросила сбор информации. Приняв душ и улегшись в постель, я вдруг осознала, что Барма прав, любая хотела бы побыть в роли его любовницы хотя бы денек другой, но я не собиралась в него влюбляться, этот мужчина был не мой типаж, я точно знала, что не смогу влюбиться в такого, как он. У меня были другие планы на жизнь, я категорически не хотела отдавать себя такому, как он, этот тип точно меня не заслуживает, как бы привлекателен и богат он ни был, у меня совершенно другие планы на жизнь. Я просто обязана использовать этот месяц так, чтобы мне не пришлось ложиться в его койку, это даже представить мерзко.
— Ну Олеська, вот же зараза, втянула так втянула, — психовала я на подругу.
Завтра же проведу с ней воспитательную беседу, пора становиться более рассудительной, иначе когда-нибудь она вляпается так, что ей никто не сможет помочь. Сейчас я безумно злилась на нее, но зла ей, конечно, никогда не пожелаю.
Глава 24. Первая встреча
С первыми лучами солнца, пробившимися сквозь неплотно задернутые шторы, я поняла: началась игра, где ставка – моя свобода. «Быть или не быть?» – гамлетовский шепот эхом отдавался в голове, только вместо черепа Йорика передо мной маячила перспектива стать марионеткой в руках Бармы.
Олеська, как необузданный вихрь, ворвалась в мою квартиру, словно метеорит, грозящий апокалипсисом. Ее глаза метали молнии, а оправдания сыпались, как осенние листья с больного дерева. Я слушала ее, как музыку ветра, пытаясь уловить хоть каплю раскаяния, но в основном слышала лишь эгоистичное нытье. «Прости, Маш», – твердила она, словно попугай, не осознавая, что «извини» – это как пластырь на пулевую рану.