Ладно, план таков: месяц коварных операций «Обаяшка», «Интеллектуалка» и, на десерт, «Бедная овечка». Буду улыбаться, как чеширский кот, строить из себя дурочку и делать вид, что ужасно боюсь его крутого взгляда, хотя я и в самом деле его боюсь. Главное, чтобы он решил, что я – головная боль, а не игрушка! И если повезет, к концу месяца Барма сам предложит откупиться деньгами и свалить на все четыре стороны, лишь бы не видеть ни меня, ни Олеську. Ну как, идея ведь? Кому нужны проблемы от малолетней особы.
А если серьезно, нужно как можно больше узнать об этом типе. Хобби, привычки, что он ест на завтрак? Может, он тайно коллекционирует фарфоровых пуделей? Зачем ему вообще я? Может, он поспорил с кем-то, что покорит простушку, ну как случается в кино, а мне не посчастливилось попасться ему на глаза? В любом случае, нужно быть начеку и готовиться ко всему. Ведь в играх с дьяволом проигрывают только те, кто не умеет блефовать.
Выйдя из кабинета, я едва сдерживалась, чтобы не броситься наутек. Мордовороты Бармы, два шкафа, не говорящие ни слова, лишь прожигающие взглядом, явно не добавляли оптимизма. Всю дорогу до дома я лихорадочно разрабатывала план «Побег из Шоушенка», версия для блондинок. Даже с без остановки ревущей Олесей, что случалось крайне редко, обычно она слишком боевая, мне говорить не хотелось.
Первым делом до дома довезли Олесю, она то и дело посматривала на меня, громко всхлипывая, но мне не хотелось ее утешать. Я не перестала любить ее, просто сейчас очень злилась на нее. Так и знала, что тусовки с Олесей — это опасно.
— Маш, что они тебе сказали? Почему ты молчишь? — наконец спросила подруга, утирая слезы.
— А тебе что сказали? — ответила я вопросом на вопрос, я не собиралась обсуждать это при лишних ушах в виде бармалеевских церберов.
— Ничего. — всхлипнула она. — И от этого еще страшнее.
— Вот и мне ничего особенного. Потом расскажу. — сухо проронила.
— Прости меня, Машка. — взмолилась подруга, когда автомобиль притормозил у ее дома.
— Иди отсыпайся. — ответила я. — Завтра поговорим.
— Ладно. — Олеся чмокнула меня в щеку и вышла из машины.
Оказавшись дома, я принялась за разработку плана, первым делом — интернет! Сайты светской хроники — всё, что могло пролить свет на жизнь и увлечения. Оказалось, что он — большой любитель искусства, меценат и вообще интеллектуал. О как, а я ожидала увидеть разгульно-разбойную жизнь извращенного ловеласа, но выходит, что у меня есть все шансы его переубедить. Хотя, конечно, всё, что есть в интернете, лишь маска благочестия, истину такие, как Барма, не выставляют напоказ.