— Маша, ты пьяна. — Нахмурился он, сев прямо как струна.
— Не-е-ет... — протянула я. — Я хочу, чтобы ты наказал меня, и готова расплатиться натурой. Ты ведь этого хотел в прошлый раз.
— Маша. — Как-то рвано вздохнул он. — Ты пьяна, я отвезу тебя домой.
— А! — снова протянула я. — То есть теперь ты решил играть в благородного рыцаря.
Я поднялась с дивана и подошла к нему, он смотрел на меня из-под лобья, тяжело дыша. Мое дыхание тоже стало прерывистым и сбивчивым. Мне было чертовски страшно и классно одновременно, я чувствовала эйфорию от того, что контролирую ситуацию. Во всяком случае, мне так казалось, что я ее контролирую.
— Что ты творишь? — его голос был хриплым.
— Честно говоря, — начала я, и оттолкнув оборотня на спинку дивана, оседлала его сверху, — сама не ведаю, что творю, и останавливаться я не собираюсь. Тебе понятно?! — фыркнула я, кладя его руки себе на талию и припадая губами к его губам, — И я совершенно не умею целоваться. Так что тебе придется меня научить, Бармалей!
— Я сделаю все, что ты скажешь, и научу всему, о чем попросишь. — Проурчал он мне в губы.
Дважды его просить не пришлось, Барма тут же впился в мой рот, терзая мои губы, и мне безумно это нравилось. Как я вообще могла подумать, что он не привлекает меня как мужчина, зачем я столько месяцев пыталась избегать его. Ненормальная!
Руки Яра блуждали по моей спине, я как умела отвечала на его поцелуи, но моя неопытность, казалось, безумно нравилась ему. Он тяжело дышал, мы оба тяжело дышали, не желая отрываться друг от друга. Я почувствовала, как его пальцы мягко, но требовательно сжали волосы на моем затылке, он прервал наш поцелуй, слегка отстранившись от меня.
— Я люблю тебя, Мышонок. — Он смотрел мне в глаза, — Я так люблю тебя.
Глава 31. Эхо волчьей крови
Я целовала его, робко, неумело, словно впервые пробуя запретный плод. Казалось, что каждый мой вздох — вызов, каждый поцелуй — акт отчаяния, но это было настоящее. Настоящая я, проснувшаяся от долгого сна, готовая разорвать шаблоны и отринуть все условности. Его руки, словно змеи, скользили по моему телу, прижимая ближе, пытаясь слиться со мной воедино. Я чувствовала жар его тела, его желания, его страсть, и ответила ему взаимностью, полностью растворяясь в этом безумии.
— Я так люблю тебя, — шептал он, и эти слова звучали как заклинание, как клятва, как откровение.
Его глаза, темные до черноты, отражали мою душу, полную огня. В этот момент я поняла, что не могу существовать без него. Он был моим воздухом, моим светом, моим всем. Мир вокруг перестал существовать, остались только мы двое, опьяненные любовью, страстью и чувством абсолютной свободы. В эти мгновения я благодарила свою маму, что толкнула меня на принятие правильного решения, зря я так отчаянно этому сопротивлялась.