Но этот запах, ее особенный запах, вперемешку со страхом...

«Судьба играет со мной», — подумал я, крепче сжимая её руку, чтобы девушка не упала на неровной тропе. Я знал: это только начало. От судьбы не уйти, даже если ты оборотень с почти столетним опытом бегства от самого себя.

По дороге к городу Кристина понемногу приходила в себя, я решил проводить ее пешком, чтобы не было соблазна отвезти ее в свое логово. Она рассказывала, как решила сократить путь через лес, как наткнулась на компанию парней у кладбища, как те окружили её и стали угрожать. Голос девушки дрожал, но она старалась говорить спокойно. И меня по-прежнему удивляла ее спокойная реакция на меня, на то, кто я есть, тех отморозков она испугалась больше, чем меня. Чокнутая, не иначе.

— Я не думала, что так получится, — призналась она. — Просто хотела успеть на последний автобус…

Я слушал молча, лишь изредка кивая. Не задавал лишних вопросов — не моё дело. Но что‑то в её истории меня насторожило. Слишком уж удачно эти парни оказались в глухом лесу, слишком уверенно действовали.

— Ты часто ходишь этой дорогой? — уточнил я.

— Нет, — Кристина покачала головой. — Первый раз решила срезать. Обычно езжу двумя автобусами, на работу и с работы, а это не слишком удобно. Вот решила срезать и... неудачно вышло, это слабо сказано. Если бы не ты... Кем бы ты ни был, я благодарна тебе.

Я нахмурился. Слишком много совпадений. Либо Кристина действительно случайно нарвалась на компанию хулиганов, либо... Либо эти ублюдки не первый раз здесь окалачиваются, а Кристина далеко не первая их жертва. Нужно будет найти и наказать мразей.

— Будь осторожнее, — бросил я коротко. — В таких местах лучше не ходить одной. Особенно по ночам. Ведь ты права, не будь меня рядом, сама знаешь, чем бы все закончилось.

Кристина вздрогнула и кивнула, но в её глазах мелькнуло что-то, чего я не смог распознать. Упрямство? Непокорность? Или просто нежелание признавать, что мир куда опаснее, чем кажется? Люди. Ничему их жизнь не учит.

Мы вышли на асфальтированную дорогу. В нескольких метрах от нас начиналась густоосвещенная улица с автобусной остановкой, по которой медлено катил, судя по времени, последний на сегодня автобус.

— Дальше я сама, — сказала Кристина, останавливаясь и отпуская мою руку. — Спасибо ещё раз. Ты... Ты спас мне жизнь.

Я пожал плечами, ощущая внутреннюю дрожь, уже раздражаясь тому, с какой легкостью она восприняла то, что увидела на кладбище. Неужели ее совсем не напугало мое обращение? То, что она не стала задавать никаких вопросов, не стала биться в истерике, выглядело до абсурдности странно. Закралась мысль, что она наверняка знает то, чего не должна, либо считает, что ей привиделось от страха. Может, она и вправду слегка не в себе? Хотя какая мне разница!