— Спасибо, что озвучил. — «Очевидное», добавил бы Хирако, но вместо этого решил сменить тему. — А что с нашим любознательным специалистом? Алариком?

— Контр-адмирал Койот оперативно отозвал его с миссии «по состоянию здоровья». На его место должен был прибыть другой разумный, но не успел: мы достаточно быстро завершили переговоры. — Хирако в ответ на это заявление лишь хмыкнул, потому как для него четыре дня, посвящённых переговорам чуть более, чем полностью не было чем-то «быстрым». — Федерация не заинтересована в скандале, который мог бы возникнуть, продолжи Аларики и дальше выказывать подозрения. Потому они предпочтут громкому действу тихое, незаметное расследование.

— Тихое расследование в нашем случае опаснее громких скандалов. — Мрачно заметил магистр Хирако.

— Безусловно. Поэтому мы форсируем нашу собственную программу в несколько ином направлении. Нам нужно понять природу этого «эха», которое почувствовал Аларик. И либо найти способ его заглушить, либо интегрировать в нашу легенду.

— Интегрировать?

— Если нельзя скрыть аномалию, то её следует представить как часть ожидаемого и прогнозируемого явления. Фактически, нам уже предложили один из наиболее вероятных вариантов: мою одарённость. — «Киборг», казалось, выдохнул бы, имейся у него такая возможность. — В эту ложь они сами захотят поверить.

— Осталось всего — ничего: разработать способ выдать… — Хирако запнулся. — … одно за другое. Тайно и так, чтобы даже сами наши люди не знали, над чем они на самом деле работают…

— Именно. Но я верю в то, что Каюрри это под силу.

Мужчина усмехнулся:

— Это обнадёживает. Я привлеку наших лучших специалистов. — Он задумался на пару секунд. — И повышу их степень допуска к Системе до первой категории.

— Одобрено. — Про ответил незамедлительно.

— Раз всё так повернулось, то я пойду. Нужно успеть разослать соответствующие указания для всех тех, кого придётся привлечь. — Хирако обернулся, задержав взгляд на массивном силуэте Лорда Про, «киборга» и средоточия могущественного машинного разума, который, как считал экс-коммодор, уже ничего не могло остановить.

Про был машиной. Кремниевым разумом, существование которого не определялось исключительно протекающими в одном-конкретном экземпляре аппаратной начинки процессами. В каком-то смысле, Про существовал в каждом уголке Каюррианской Автономии. В каждом вычислительном блоке, в каждом сенсоре и в каждом дроиде.

Пугало ли это? Разве что тех, кто по застарелой привычке видел в машинном разуме угрозу. Хирако же мало того, что с молодости был тем ещё любителем идти наперекор общественному мнению, так ещё и его собственный опыт указывал лишь на то, что под управлением Про десятки и сотни тысяч разумных стали жить куда лучше, чем прежде.