Омиксон, для которого эти слова будто бы не стали чем-то неожиданным, ограничился кивком и опустил голову к экрану терминала. Его руки легли на поручни, нащупав со стороны незаметные органы управления, а в глазах отразилось мельтешение строк текста, изображений и кадров из сделанных ранее записей.

Минуты потянулись медленно, словно нехотя, и атмосфера в помещении этому лишь способствовала. Тишина стала густой, почти осязаемой.

Омиксон, не отрываясь, изучал данные на своём терминале, но каждый его нерв был натянут как струна. Он чувствовал давление так, как не мог обычный, не одарённый человек: пространные, неразборчивые шепотки сгущались с каждой секундой, а чувство грядущих изменений отзывалось в его голове едва ощутимыми, частыми уколами.

Влиятельные разумные, от решения которых зависела судьба миллиардов, искали в его словах слабину или скрытый умысел. Не потому, что боялись или недолюбливали советника, нет.

Просто нельзя было поступать иначе, когда за ошибку приходилось платить кровью, репутацией и деньгами.

Наконец, тот же голос, что и раньше, нарушил молчание. И на этот раз в нём звучала не одна лишь отстранённая формальность, а холодный, отточенный интерес.

— Советник Омиксон, мы ознакомились с имеющимися выкладками. Вы готовы говорить?

— Готов. — Омиксон медленно кивнул. — Что вы можете сказать по этому поводу?

— Аномалия имеет место быть, советник. Вероятность того, что индивидуум, именующий себя Лордом Про, является потенциально могущественным одарённым — существенна. Но это не повод для беспокойства и тревог. — Рационально и спокойно произнёс некто. — Киборги не способны проявить сверхспособности в любой форме.

— Это слишком категоричное заявление, учитывая скромный массив накопленных данных. — Качнул головой Омиксон. — То, что Лорд Про ощущается чувствительными одарёнными настолько ярко, указывает на активное использование способностей.

В разговор вернулся обладатель звонкого голоса:

— Попрошу обратить внимание на тот факт, что мы заочно, без доказательств сочли аномалию следствием одарённости, латентной или проявившейся. Но, хочу напомнить, в отношении Каюррианской Автономии ведётся расследование по поводу нарушения Кибернетического Протокола.

Акцент был сделан на двух последних словах, которые заставили встрепенуться всех и каждого. Потому что Кибернетический Протокол предполагал абсолютный запрет на создание «истинного» Искусственного Интеллекта, и нарушение его каралось всегда одинаково — очищением.

— Я считаю, что для такого рода заявлений у нас недостаточно данных. — Ответил Омиксон спустя несколько секунд.