— Но неужели же…
Зоя Игнатьевна жалобно посмотрела на Веру Павловну, как будто надеялась, что она немедленно заверит её: эта приезжая служительница просто сошла с ума, а вгостях нет совершенно ничего опасного. Но Вера Павловна молчала, а потом, опомнившись и извинившись, принялась суетиться, разоряя шкафы свечной.
Я заставила себя смотреть только на Петра Васильевича. Тяжело, в упор.
— Нужно вывезти хотя бы к шоссе всех, кого мы успеем. Начать с детей. Организовать жителей, у кого есть машины… Это ваши ученики. Дальше. Где полиция? Где председатель? Почему их всё ещё нет?
— Глава в отъезде…
— Он уже два месяца в отъезде! Так и не приехал?
— Так несезон… он и уехал.
— Вы хотите сказать, что предсетель поселковой администрации может отсутствовать семь месяцев в году?!
Зоя Игнатьевна неуверенно пожала плечами.
— А Сергей Владимирович, э-э-э… — она снова выкручила пальцы. — Он приболел немножко.
— Это участковый?
— Да.
— И другого никого нет?
— Нет…
— Дима! Нужно сделать, чтобы Сергей Владимирович очень быстро выздоровел. В участке должны быть списки всех, у кого есть разрешение на оружие. Мне нужны каждое ружьё, каждый пистолет и все люди, которые умеют держать их в руках, чтобы…
— Так это ведь только Зыков! Ну, Борис Евгеньевич, — Зоя Игнатьевна говорила нервно и быстрее нужного. — Он охотник! И у участкового табельный. А больше ни у кого ничего и нет, у нас не принято, чтобы…
— У вас на весь посёлок два огнестрела?!
— Так места у нас очень тихие…
Одно ружьё, один пистолет, бессильная служительница четвёртой ступени и я. Старый могущественныйгость . И эвакуация на тракторе. Даже холодное сознание не помогало мне уложить в голове эту математику.
Боже, пусть хотя бы Лыткину удастся поднять панику. Потому что если этотгость доберётся до Ерша…
— Дима. Здесь может быть… плохо. В здравнице будет нужно…
— Ты дура?
Я дура, да. Потому что, конечно, на самом деле единственный человек, профессионально умеющий оказать первую помощь, должен быть здесь, а не в здравнице в часе езды от Дивноводного.
— Ладно, — я прикрыла глаза. — Придумай тут… что-нибудь. Вера Павловна, вы готовы?
Она не очень сильная, конечно. Скажем прямо, силы в ней — капля. Зато она уже собрала целый ящик свечей и выпотрошила все церковные запасы серебра.
И взгляд у неё был светлый, ясный.
Я начертила над ней благословение и опрокинула в себя целую колбу ляписа.
🜛🜛🜛
— Вы уверены? — негромко спросила Вера Павловна. — Прогостя …
Мы брели по нетронутому снегу в мягкой тишине спящего кладбища. Растворяющиеся в слоях души мерцали едва видимыми огоньками, эфир сиял мирным спокойствием, и дышалось легко, как дышится в по-настоящему светлых местах.