Вилфриду стоило бы полежать недельку, но парня так хотелось домой, что он и слышать не хотел об отсрочке. Господин Габриэль осмотрел больного, сказал, что в седле юноша удержится, а ребру все равно, где срастаться — в постели или в дороге.

Со Спидекуром попрощались наспех, да ректору было теперь не до меня. С утра пораньше прибыл отряд имперской конницы, вместе с чиновником от какой-то канцелярии. Все были рады, что «мятеж» удалось подавить без применения силы. Посему, большинство «мятежников», сложенных в подвалы, отпустили домой, а если кого-то и выпороли, то это ерунда. Поротая задница, в отличие от отрубленной головы или сломанной шеи, заживает.

Напоследок, мы совершили «набег» на университетскую книжную лавку. Деньги у нас оставались еще в изрядном количестве и, потому, почему бы их не потратить на книги? А где лучше всего покупать ученые книги, если не в университетской лавке?

Господин Габриэл с нами идти не захотел. Выдав воспитаннику туго набитый кошелек, отправился в Мейзен, осмотреть городской рынок и купить лошадей.

Глядя, как парень с горящими глазами, откладывает в сторону понравившиеся ему экземпляры, я понял, что денег, оставленных ему магом, надолго не хватит! Ну, придется мне ссужать деньгами своего будущего правителя. И, скорее всего, вместо заводного коня, следует обзаводиться повозкой. Впрочем, повозка отпадает. Я так и не научился запрягать лошадь. Впору вспомнить о цыганах с их необъятным фургоном, но лучше нам обойтись без Зарко и Папуши. Целее будем!

Я обратил внимание, что Вилфрид ищет работы, посвященные воспитанию и обучению детей. Хм. Помнится, нынешней ночью, мы вели разговор о создании университета с «чистого листа» и ректор согласился со мной, что начинать следует со школы. Стало быть, юный фон Силинг, сделал необходимые выводы. (Интересно, а прислушался бы он к моим словам, если бы с ними не был согласен великий философ?)

Мои познания в педагогике достаточно скудны. Помнил, что педагогами именовали никуда не годных рабов, хромых, безруких и всяких прочих калек, отводивших детей в школу (ну, ладно-ладно, пусть будет гимнасий!). Отчего-то засела в памяти фраза одного из наших лекторов, повествующих о жизни в античные времена: «Если вы пойдете гулять по эллинскому городу, увидите множество строящихся храмов, а если услышите болезненный крик раба, упавшего со строительных лесов и сломавшего ногу — знайте, что на одного педагога стало больше!»

Поистине, дурной пример заразителен. Я собирался поискать что-нибудь интересное (не знаю, что именно, за что глаз зацепится!), но теперь принялся рассматривать книги, посвященные проблемам воспитания и обучения молодежи. Их, на удивление, было больше, нежели любовных романов!