Отдав смотрителю деньги за проезд, сказал, с укоризной:

— А мне сказали, что ты теперь все по-честному делаешь! А ты, мало того, что цены загнул, так еще и дурить пытаешься.

— Так а что делать? — развел парень руками. — У родича свадьба скоро, подарок нужен.

— У родича, это не у Тыр-Дыра часом?

— Хм… Артакс, когда ты его имя запомнишь? Он не Тыр-Дыр, а Дыр-Тыр.

Молчавший до сих пор маг с удивлением воскликнул:

— Так это же гоблин!

Теперь уже мы вдвоем со смотрителем моста укоризненно посмотрели на господина Габриэля.

— Это не гоблин, а щойзель! — сообщил я, возгордившись, что некоторые вещи я знаю лучше, нежели человек из волшебной страны.

— Да? — с сомнением вымолвил маг, рассматривая мостостроителя.

— Гоблины, те по пещерам живут, они, кроме охоты да рыболовства ничего не умеет! — гордо заявил шойзель. — А еще — мелкие они, по плечо будут.

Гоблинов я в Силингии еще не встречал. Но если по плечу шойзелю — то не такие и мелкие. Его морда, например, находилась на уровне моего лица, когда я сидел в седле. Стало быть, выше обычного человека.

— Ладно, извини, — примирительно сказал я. — Свадьба-то когда будет?

— Да уж скоро, — раздумчиво поднес шойзель огромную волосатую руку к голове. Сдвинув набок каску, почесал затылок. — Может, через год, может и через два. Вот, мне и пришлось цену за проезд поднимать. Ну, нельзя прийти на свадьбу с пустыми руками. Худым концом десять фунтов надо, а лучше — стоун.

Стоун[1]! Я присвистнул. Парень замучается, собирая медяков на стоун.

— Родич — дело святое, — согласился я. — Еще, скажи-ка, у тебя случайно сапог, или башмаков не завалялось?

— А тебе зачем? — спросил шойзель, глянув на мои сапоги, перевел взгляд на ноги придворного мага, замотанные в тряпки и перевязанные веревочками.

Смотритель моста ушел в свою каменную хижину, притащил щегольские башмаки с длинными загнутыми носами. Как я помнил, они совсем недавно вошли в моду. Правда, в моду Силингии, а в Швабсонии их не носят уже… Ну, лет пятьдесят, точно.

— Рыцарь тут как-то ехал, деньги за проезд платить не хотел. Ну, я его пропустил, но обувку оставил. Мол, деньги будут — заберешь. Как думаешь, вернется?

Я хмыкнул. Рыцарь этот, уже давным-давно пребывает либо в безымянной могилке, или в семейном склепе.

Шойзель все понял правильно.

— Вот и я думаю, что не вернется, — грустно сказал он. — Пропал мой фартинг.

— Ну, такие башмаки в прежние времена подороже стоили. Я тебе за них пять фартингов дам.

Отдав обрадовавшемуся смотрителю мелочь, передал башмаки не менее радостному волшебнику. Честно говоря, я и сам обрадовался. Все-таки, ехать с спутником, обутом в онучи, не особо комфортно. А то, что башмаки старомодные, ничего страшного. Камзол у мага тоже вышел из моды лет … не знаю сколько, назад.