Он кивнул и заскочил обратно в машину. А я торопливо отправился в дом греться.

Нет, с этими разговорами нужно что-то делать. Иначе простудиться — раз плюнуть.

Сыпанув корма Валере и Пивасику, я задумался: опять прозвучало слово «санаторий». Причем уже второй раз. Не знаю, чем оно меня царапнуло, но почему-то стало крайне интересно туда попасть. Помнится, в нашу первую поездку в Чукшу Геннадий уже упоминал о нем, говорил, мол, был хороший санаторий, но финансирования нет, и он теперь простаивает.

Через сорок минут я был готов. Геннадий не заставил себя ждать — приехал вовремя.

— А все-таки в больницу заскочить нужно, — твердо сказал я. — Если объезжать пациентов, мне придется взять их карточки и чемоданчик с медицинскими инструментами. А то я даже давление не измерю.

— Но мы договорились, что только к теще я вас отвезу, — испугался Геннадий. — А потом мне же на работу надо. Я и так отпросился.

— Не беспокойтесь, — сказал я. — Я быстро. Даже вашей теще нужно давление померить. Так что все равно придется заскочить на работу.

— Ладно, — вздохнул Геннадий, смирившись.

Мы подъехали к больнице, и я спрыгнул на землю.

— Я быстро! — заверил и понесся в кабинет.

Лариса Степановна сидела за столом перед компьютером и старательно играла в пасьянс «Косынка». У нее плохо получалось, трефы не сходились никак, она психовала, шумно отхлебывала чай из кружки и нервно заедала это все дело конфетами.

— Доброе утро! — поздоровался я, вбегая в кабинет.

— Кхм-кхм! — чуть не подавилась она и растерянно уставилась на меня. — А вы разве не на объезде?

— Чемоданчик взять надо и отметиться, — пояснил я.

— Так я вас отметила уже, — пробормотала она и вздохнула. — А про чемоданчик и не подумала, дурья башка. Генке передала, чтобы отвез вас, а про это забыла. Совсем память отшибло.

— Нужно память постоянно тренировать, — поучительно сказал я. — Иначе чем дальше, тем хуже будет. Но сейчас советы давать некогда — Геннадий в машине ждет. А завтра я вам все обстоятельно расскажу.

— А вам звонили! — сказала вдруг Лариса Степановна и многозначительно посмотрела на меня.

У меня аж сердце екнуло: почему-то сразу подумал на Харитонова или Рубинштейна.

— Кто?

— Вы же вчера в Чукше принимали народ. Так теперь все нам сюда звонят, благодарят. — Она улыбнулась. — Клавдия звонила, аж из Йошкар-Олы. Благодарила за то, что бабу Машу лечиться отправили. А то ж ни в какую. Замучились с нею уже. Уперлась и все. А вы так все хорошо провернули!

Она сунула конфету в рот, потом спохватилась и предложила мне тоже, кивнув на полупустую вазочку. Я покачал головой: