— Я поговорю с Лидой, — мрачно пообещал я. — В конце концов, есть же мобильный телефон. У нас на дворе не каменный век, и сообщить вполне можно было. Если моего номера у вас еще нет, есть же номер Венеры.

Ачиков прищурился и посмотрел на меня подозрительно.

— Венеры?

— Венеры Эдуардовны, — уточнил я.

— Можете быть свободны, — не стала утруждать себя ответом Александра Ивановна.

Я кивнул и вышел из кабинета.

Настроение было хреновым — мне здесь что-то все больше и больше не нравилось, но житейская мудрость подсказывала, что подобное отношение будет в любом коллективе, так что нужно адаптироваться. Желательно без потерь для себя и своей совести.

С этими мыслями я прошел по опустевшим коридорам больницы. Рабочий день закончился, пациентов уже не было, да и медперсонал рассосался. Все торопились домой, к семьям. Все, кроме меня.

Но я все же надеялся, что Лида на месте. Иначе придется с утра разборки устраивать, чего бы не хотелось.

Я примерно помнил, где поворот к Лидиному закутку. Один раз немного не туда свернул, но потом сориентировался.

К моему счастью, Лида оказалась на месте. Сидела за столом и что-то писала в толстом гроссбухе, низко над ним склонившись.

— Вы же так зрение себе испортите, — сказал я.

Лида вздрогнула.

— Ой, напугали! — Она виновато пояснила: — Не думала, что кто-то придет. Обычно в такое время никого уже нет. Если нет экстренных ситуаций, конечно же.

— Ну вот в Чукше случилась экстренная ситуация, — сказал я. — С мальчиком.

— Я слышала, — вздохнула Лида. — Райку я знаю. Хорошая женщина. Была. Мы вместе в школу ходили. Только она в первом классе училась, а я уже в выпускном, в девятом. После девятого в медучилище ушла…

Она задумчиво покачала головой и продолжила:

— Теперь у нее ребенка отберут, и она совсем пропадет. Жалко.

— А малыша не жалко? — тихо спросил я. — Когда Тамара принесла его, там время на секунды шло.

— Я понимаю, — сказала Лида и кивнула. — И Борьку жалко, в детдом теперь пойдет, и Райку тоже — сядет. За такое срок положен.

Я кивнул, но промолчал, потому что здесь комментарии излишни.

Лида тоже помолчала, после чего выжидательно посмотрела на меня. Ну да, не просто так же я подошел.

— В общем, Лида, я к вам с таким вопросом, — начал я непростой разговор издалека. — Мне очень неприятно вам это говорить, и я бы и не сказал. Тем более что вы мне так много помогли: и документы оформили, и экскурсию по больнице провели, и объяснили все…

— Да говорите уже! — испуганно воскликнула Лида, нервно теребя карандаш.

— Я про график, — сказал я. — Точнее, про изменения в моем графике.