Тетя Нина перестала жевать и, потрогав правую кисть — ту самую, после остеомиелита, — посмотрела на меня с подозрением.

— Погоди, Сергей, это ты к чему клонишь? К тому, что у меня рука из-за пирожков ноет?

— Я клоню к тому, что воспаление штука системная. Оно как сырость в доме: пока фундамент мокрый, хоть стены перекрашивай, хоть рамы меняй, все равно сгниет.

— Погоди… — Она задумалась. — Получается, фундамент, про который ты говоришь, — это мой обмен веществ?

— Вот видите, Нина Илларионовна, а говорите, что не понимаете в медицине. Вы же в больнице сколько проработали!

Она, помедлив, отодвинула от себя тарелку на расстояние вытянутой руки, но убирать не стала.

— Ладно, и что делать-то? Таблетки пить?

— Таблетки — это когда печку уже развалило и надо ставить подпорки. А пока, в сущности, достаточно трех вещей. Первая: не есть на ночь сладкое и мучное, хотя бы за три часа до сна.

— Ну, это прямо приговор, — вздохнула она.

— Да прям, — фыркнул я. — Поломает день–два, неделю максимум, потом и думать забудете. Если прям совсем не можете, съешьте банан, яблоко или горсть ягод. В общем, что-то легкое, что быстро переварится и не поднимет сахар в крови к небесам.

— Ну ладно, подумаю, — сказала она. — Что еще там?

Я вздохнул, потому что повторял эту рекомендацию за эту жизнь уже раз триста.

— Двигаться нужно, Нина Илларионовна. Вы и так целый день на ногах, это хорошо, но мышцы — главные потребители глюкозы. Чем больше мышечной массы задействовано в активности, тем легче организму утилизировать сахар. Обычная быстрая прогулка после еды, пятнадцать–двадцать минут, уже заметно помогает.

— Погулять после обеда, что ли?

— Именно, без всякого спортзала. Просто пройтись, скажем, до санатория и обратно.

— Это я могу, — приободрилась тетя Нина.

— Вот и отлично. Ну а третье: сон. Недосып бьет по обмену веществ не хуже сахара. Когда человек мало спит, в организме растет гормон голода и падает гормон сытости, поэтому после бессонной ночи так тянет на сладкое и жирное. Организм пытается компенсировать недостаток отдыха едой.

— Батюшки! — всплеснула руками тетя Нина. — Так вот почему я, когда плохо сплю, утром могу полбатона умять!

— Именно. Это у вас не сила воли слабая, а гормоны командуют.

Тетя Нина, помолчав, посмотрела на свою порцию и, вздохнув, решительно накрыла тарелку полотенцем.

— Ладно, утром доедим. Утром-то хоть можно?

— Можно. По утрам клетки лучше реагируют на инсулин, все усваивается, а к вечеру этот механизм слабеет.

Тетя Нина, усевшись обратно, отхлебнула чая и сказала задумчиво: