Заверив, что все будет хорошо, она пошла в палату. А я обернулся, и то ли мне показалось, то ли в соседнем боковом коридоре мелькнул Ачиков.
Точно он, я не ошибся: показался и тут же отступил, когда заметил, что я обернулся. Вчера на дне рождения Олечки Лида рассказала мне про его затею с Борькой, но сейчас его угрозы выписать мальчика уже не пугали. Доверенность от Райки у Фроловой, Борька выписан, юридически все оформлено.
А вот что такого он натворил, что его родная тетка хочет уволиться из больницы, мне еще предстоит выяснить.
Впрочем, разбираться с этим прямо сейчас времени нет, не говоря уже о желании.
Так что я отмахнулся от всех этих мыслей, вышел на больничное крыльцо, сел в «Паджеро» и погнал по дороге, которую за последние недели выучил наизусть: каждый поворот, каждый разбитый участок, где приходилось сбрасывать до сорока, и наконец ровный асфальт, по которому можно было разогнаться нормально.
Следующие два часа я провел в полном одиночестве, и впервые за несколько дней голова была занята не чужими проблемами, а тишиной, мелькающими фарами встречных машин и зимним лесом по обеим сторонам дороги.
Глава 10
Ну вот, наконец-то я дома! Груженый сумками, аки сумчатый верблюд, хоть таких в природе и не существует, я подошел к квартире, отпер дверь, толкнул ее и быстренько, чтобы меня никто из соседей не заметил, юркнул внутрь.
Какая-то детская спешка, я аж рассмеялся. А ведь моя машина осталась стоять возле подъезда на парковке, поэтому все, кто хотел меня увидеть, уже давно поняли, что я здесь. Но какое-то ребяческое желание своей личной норки-крепости вдруг толкнуло меня к тому, что я проскользнул к себе в квартиру, словно мышка, и торопливо захлопнул дверь, отгородившись от всего мира.
Оставив пакеты в коридоре, я разулся и прошлепал в комнату. На сердце потеплело. «Мой дом — моя крепость» — видимо, отнюдь не зря так говорят.
Как-то так вышло, что с момента переселения души в это тело своего дома у меня не было. Совсем. Убогую и очень уставшую квартиру Сереги считать таковым я не мог, и хоть Танюха отскребла все до блеска, эмоционально я к ней не был привязан совершенно. Квартира Серегиных родителей оставалась для меня чужой. Шикарная квартира с Ириной — тем более. А потом начались Морки: съемное жилье, летняя кухня, бесконечные мотания между Морками и Чукшей. Тихой гавани, где можно морально отдохнуть, у меня не имелось очень долго.
А ведь у каждого человека должна быть такая территория. Пусть и не крепость и не дворец, не просторный пентхаус, а всего лишь крошечная комнатушка или койка, или даже какой-то закуток. Но все равно ты будешь точно знать, что где-то существует такое место, где тебе хорошо и спокойно, и где ты всегда защищен от жизненных неурядиц.