Сашка шумно вздохнул. Вздох этот был больше похож на всхлип. Я сидел и чувствовал, что вот-вот разрыдаюсь. Маруся давно уже хлюпала, не сдерживаясь.
— И даже могилы после него не осталось… — хрипло продолжил Сашка и надолго припал к своему бокалу.
Я сглотнул ком в горле. Странное ощущение — сидеть напротив и слушать, как тебя оплакивают. Сашка пил вино и не подозревал, кто на самом деле на него смотрит.
— Уверен, Саша, что он гордился тобой и вряд ли сердился, — сказал я. — Между вами просто было… недопонимание. Так иногда случается.
Маруся закрыла лицо ладонями. Плечи ее вздрагивали.
— Кстати, по поводу могилы Сергея Николаевича… — начал я, и за столом печальные вздохи сменились сдержанным вниманием.
— Говорю же, нет у него могилы! — ожесточенно прошептал Сашка. — Никогда себе не прощу, что не успел даже попрощаться. А эту крысу я когда-нибудь убью! За то, что она сделала!
— За убийство посадят, — строго сказал я. — Это не наш метод, Саша. Я нашел адвоката — Артура Давидовича Караянниса. Он, кстати, был хорошим знакомым вашего отца, так что взялся за дело не только из профессионального интереса. Уже подал иск от вашего имени, начал собственное расследование. И выяснились прелюбопытнейшие вещи…
— Какие? — Сашка подобрался, а я отметил, что он даже не поинтересовался, зачем я вообще в это влез. Видимо, Маруся уже просветила.
— Например, что после смерти вашего отца обнаружилось завещание. Все имущество наследуется Ириной.
— Оставил все этой… — проскрежетал Сашка.
— Саш, ну не злись на него, — попыталась вступиться за отца Маруся, — он же любил ее… наверное…
— В том-то и дело, что академик Епиходов, ваш отец, никакого завещания точно не писал. Он был категорически против. Суеверный он в этом плане был. Когда-то мне рассказывал.
Рассказывал, ага. Я это точно знал, потому что сам был тем суеверным стариком.
— Так можно же экспертизу провести! — тут же включился Сашка. — Почерковедческую.
— Провели, — сказал я. — Это его почерк. Его рука. Более того, нотариус утверждает, что Епиходов лично приходил к нему, написал и заверил завещание, при этом шутил и рассказывал анекдоты…
— Но отец терпеть не мог анекдоты! — аж подскочила Маруся.
— Вот это нам с вами и нужно как-то доказать, — сказал я и посмотрел на притихших Марусю и Сашку. Моих детей.
Глава 24
— И что делать? — возмущенно воскликнул Сашка и тут же добавил: — А давайте прямо сейчас пойдем к этому адвокату и все у него выясним!
Сашка всегда отличался импульсивностью. С самого детства он такой, и ничего с этим не поделаешь. Сколько мы с Беллой ни пытались его перевоспитать — характер не изменить. Поэтому я сделал вид, что обдумываю его идею, а затем как можно более рассудительно сказал: