С французским спустя пару дней тоже было покончено. Моего более-менее приличного английского хватило, чтобы смириться с "французской" недостаточностью. Музицированием с воодушевлением начали заниматься ежедневно с домашним наставником, выписанным специально для меня из Петербурга, бывшим учителем одной из гимназий. Поначалу он, будучи усердным и целеустремлённым, действительно, решил найти во мне хоть какие-то способности к игре на фортепиано, но, взаимно отмучившись аж три дня, мы с великим облегчением перешли на певческое исполнение. Такое тоже себе занятие, но хоть здесь чуточку преуспела. Просто, чтобы не расстраивать человека, старалась изо всех сил, пока они не закончились совсем.
Все завтраки, обеды и ужины проходили в столовой. Из присутствующих имелись только граф-старший, графиня и их единственная гостья. Александра Яковлевича почему-то выгнали с семейных обедов и вообще отлучили от дома. За все время он лишь пару раз присоединялся за ужином, но не оставался ночевать. За что с ним так? Я не знаю, выглядели все Ростовцевы дружелюбно, находились в согласии друг с другом. В моменты, когда Ростовцев - младший возвращался из города, встречали домашние его с особенной любовью. То есть видимых причин к изгнанию не было в принципе. Ну, кто их поймет, этих графов. Подозреваю, что графиня желала бы иметь дочь, и во мне нашла что-то похожее. Следствием этого стало всевидящее око с ее стороны, но с дополнительной функцией.
Мария Федоровна решила использовать каждую минуту моего времени, проходящую в стенах ее дома (ну что бы не скучала). И всякое мгновение, когда она меня видела, направляла на мое образование.
Исключением не стали приемы пищи. На них мы подтягивали мою словесность, способность изящно и просто излагать свои мысли на любую тему, мое умение вести себя за столом.
- Милая, так никуда не годится, - высказывала мне как раз накануне модистка, привезя на примерку платье к приему. - Я сняла мерки в прошлый раз, но вы похудели. Платье придется перешивать.
Графиня нахмурилась. Плохой знак. Опять что-нибудь придумает. Я уже вижу, как теперь остатки на моих тарелках будут сканироваться на предмет того, сколько полезного я не съела.
- Да как такое возможно, - решила я исправить по-быстрому ситуацию. - Вот тут вроде бы хорошо, по размерам, - показала я, неопределенно поведя рукой по силуэту, не понимая, в чем она видит огрехи.
Платье на самом деле было роскошным. Разумеется, я ни разу в жизни, даже в обеих, такую красоту не носила. Сдержанно пышное, благородного молочного оттенка с вышитыми цветочным композициями на лифе и спускающимися тонким ручейком к расцветающему красками подолу.