— А ежели это он меня завтра убьет? — предположил я. — На дуэлях всякое случается. Он хвастал, что всю жизнь драгунством командовал. А ты знаешь, как они рубятся нещадно?

— И что с того? — Лизанька презрительно дернула щекой. — Ты думаешь, что я замуж пойду за того, кто брата моего родимого зарубил?

Я вконец растерялся.

— Так что же делать-то? — вопрошал беспомощно.

— Не убивай его завтра, ладно? — попросила Лизанька. — А он тебе ничего и не сделает, потому как правая рука у него после ранения не очень хорошо работает. Ну помашете шпагами немного, да по домам разойдетесь. А уж я сама придумаю, как мне дальше жить. Глядишь, и сложится все. Или же вон с Катериной твоей поговорю, может она мне совет даст, как от ребеночка избавиться…

Я закрыл лицо ладонями и с силой его растер. Затем, весь раскрасневшийся, запрокинул голову, подставив лицо прохладному вечернему ветерку. В голове у меня был сплошной сумбур.

— Избавиться? Это как так?

— А вот так! Не мужского это ума дело… А пока обещай мне, Алешка, что не убьешь его завтра. Обещай немедля!

Я отшатнулся даже.

— Хорошо, я обещаю!

— Повтори за мной: господом богом клянусь, что завтра на дуэли не стану колоть до смерти князя Глебова.

— Господом нашим клянусь, что завтра не стану колоть до смерти этого старика!

— Вот и хорошо, — уже мягче сказала Лизанька. — Дурень ты, Алешка, на самом деле. У тебя дела государственные нерешенные, императрица под защитой, а ты в скандалы провинциальные вмешиваешься. За князя тебя мигом арестуют и под конвоем в Петербург отправят, и даже государыня ничего поделать не сможет, потому как нельзя ей показываться людям. Сам же просил нас языки за зубами держать…

Конечно же, она была права. Каким-то неведомым мне образом она всегда оказывалась права во всех наших спорах.

А сейчас говорить нам больше было не о чем. Ибо все, что можно было сказать друг другу, мы уже сказали.

В дом мы воротились вместе, и всю дорогу молчали. Прежде, чем отправиться в свою комнату спать, я отозвал Кристофа в сторонку и попросил его завтра на рассвете быть готовым к небольшой прогулке до Ижорского пруда.

— Это еще зачем? — удивился Кристоф. — Неужто рыбу ловить удумали? Щука сегодня хороша была, спорить не стану, но захочет ли кто-нибудь и завтра ее есть, вот в этом я сомневаюсь.

— Не будет рыбалки, Кристоф, не беспокойтесь. Вам совершенно ничего не нужно будет делать. Мне же предстоит небольшой поединок, в котором, я надеюсь, все останутся живы.

Кристоф так и вытаращил глаза.

— Поединок⁈ Как⁈ С кем⁈ Да когда же вы успели-то, черт вас возьми⁈