— Ой, откуда вы знаете? Конечно, я знакома с лордом Тайром. Весьма воспитанный и достойный господин. Он тоже ждет встречи с вами. Мы обсуждали, как можно добиться аудиенции. Весь город знает, как вы заняты…

— С этим мужчиной вы состояли в близких отношениях?

— Я? Кто вам наплел подобные непристойности⁈ — возмутилась Катрин. — Лорд Тайр здесь с супругой. Леди — на удивление милая, несмотря на свое деревенское происхождение, дама. Я понимаю вашу загруженность делами, но вы бы только выиграли, предоставив этим достойным сельским господам аудиенцию. Они могут стать опорой веры и вообще…

— Возможно, возможно, — пробормотал Наместник, разглядывая край тарелки.

Катрин представила, как массивная тарелка врезается в плохо подстриженный затылок гиганта мысли. Такого фокуса может оказаться вполне достаточно, чтобы покончить с насильственным богостроительством в Кэкстоне…

— Я занят, очень занят, — пробормотал с досадой Наместник. — Нам всем пора идти и работать.

— Когда будут готовы статистические данные? — напомнила Катрин.

— Позже, позже, — Наместник дернул головой. — Придется подождать несколько дней. Цифры получатся слишком приблизительные. Пока мы не в со стоянии провести перепись населения даже в этом городе. Придется отложить. Нам предстоит операция стратегической важности. Возможно, решающая. Потом все изменится, — он решительно кивнул. — Да, сразу и бесповоротно…

— Тем не менее я должна заняться работой прямо сейчас, — заявила Катрин. — Без статистики мы как без рук. Цифры — вот что архиважно. Цифры, цифры и еще раз цифры. Необходимо всенеприменнейше ускорить эту работу. Вчера было рано, завтра будет поздно.

Она заметила, что Гиата смотрит на нее завороженно, как кролик на удава. Совсем бедняжка свихнулась.

— Да, — Наместник обвел стол мутным от нетерпения взглядом. — Вы правы. Много работы.

Он вскочил и, не прощаясь, выбежал из комнаты. За дверью Катрин успела заметить несколько незнакомых морд, кольчуги, неизменные эмблемы Светлого. Очевидно, господин Наместник активно действовал не только на социальном и религиозно пропагандистском направлениях.

Гиата смотрела на девушку загнанно, даже за посуду не бралась. Катрин встала, ободряюще подмигнула бедняжке. Эх, кандидатка в королевы несчастная, нос бы тебе прочистить хорошенько да на пляж выгнать.

Катрин собрала тарелки в стопку.

— Куда тащить, я не знаю. Займешься?

Гиата кивнула. Голоса ее Катрин так и не услышала.

* * *

Остаток дня прошел в пачкании бумаги. До чего ж противно, когда чужие туповатые мысли с этакой легкостью вспоминаются, да еще ложатся в относительно ровные строчки. Катрин гоняла охрану, требуя воды, чернил получше и новых свечей. Как бы дело ни обернулось дальше, пусть запомнят командный тон гостьи. Орет, значит, право имеет.