К удивлению, в цепочке помощников то и дело мелькал Томми — пытался не допустить, чтобы зазноба-кастелянша таскала тяжелое — действуя со всей южной экспрессией и настойчивостью. Та, впрочем, не препятствовала — хотя, уверен, могла бы запросто перенести любой ящик вместе с самим Томми.

Орден покидал долину и Новый город — как и было предписано. До полудня им оставалось часа два, но они успевали. Тем более я приказал — не препятствовать. То есть не беспокоить неоплаченными счетами, вопросами собственности по вывозимому имуществу и прочей чиновничьей ерундой. Отчасти это было и в моих интересах — на землях соседей-искателей нашли четыре трупа сотрудников службы безопасности, и следствие ходило-стучалось по окрестным домам…

— Мистер Генри, — кашлянула за спиной референт.

— Да? — Отменил я талант, которым подсматривал за долиной, и обернулся.

Доверенного человека подобрали эффектного — девушка лет двадцати пяти, спортивного телосложения, запакованная в строгий деловой костюм, с очками без диоптрий, собранными в узел волосами и без грамма косметики.

Умная, речь хорошо поставлена, страх ко мне запрятан глубоко — но понимает, с кем имеет дело и невольно отступает, если шагнуть чуть ближе.

Если предположить, что рано или поздно я представлю ее в откровенном наряде, а чужая беспомощность мне нравится — легко представить нас в одной постели. Но если кто-то на это рассчитывал, то ошибся.

— Поступил рапорт от службы безопасности. Двое сотрудников, которые вели негласное наблюдение за этой квартирой, были признаны невиновными.

Я, к слову, все еще не переехал — вокруг была привычная обстановка почти родной квартиры. Желание роскоши после визита к Амелии как-то поутихло. А пульт, кинутый вчера в сторону телефона, оказался не сломан — поэтому единственная причина куда-то съехать исчезла вовсе. Какая разница, где именно сидеть на диване перед плазмой? И какая разница, какого диаметра экран, если по нему все равно ничего толкового — даже время толком не сжечь.

Во всякие душещипательные страдания я не уходил — мне было наплевать, что в квартире напротив нет Марлы и Агнес. Я не пытался внушить себе, что все осталось по-прежнему, что они вернутся, что ничего из последних дней не было. Было и было.

Считаю, что неплохо разошлись — во всяком случае, убивать меня приказали не им, а двум сторонним исполнителям.

«Отказались бы они от такого поручения?.. А если бы отказались — то почему уезжают сейчас?»

Логика сильнее эмоций. Вон, Амелия тоже не пострадала — хотя соврала вчера, конечно же. Не во всем, но в мелочах — потому как, если бы верила в мой успех, то не согласилась бы отсидеться в камере.