— Говорите, ничего не ломать? — Равнодушно смотрел я на сияющую и радостную толпу.

— Это ваш город. — Чуть поклонился Ньюсом. — Ваши мерзавцы и герои. И когда мистер Президент заладит про страну и флаг, льготы и университеты, помните — ваш народ себя Америкой не считает. Это сильный козырь, и я желал вручить его вам в руки до разговора.

— У вас прямо-таки одухотворенный вид. — Покосился я на него.

— За пять лет проделана большая работа. Или вы хотите, чтобы все население выбежало в коридоры с лозунгом «хотим быть простыми американцами?». Тогда, боюсь, города у вас не будет — все разбегутся жить под солнцем и подальше от тварей.

— Я учту, Ньюсом, — удержался я от вздоха. — Это действительно укрепит мои переговорные позиции. — Постарался я не допустить иронии в голосе.

— Рад слышать! — Обрадовался тот. — Честно говоря, я больше всего боюсь, что вы устроите тут погром. Вы, конечно, в своем праве — но наш гость притащил с собой федеральное телевидение. Агрессия против чиновника высшего уровня и прессы выставит нас в ужасном свете, а война, которой нам всем бы не хотелось, станет неизбежной.

— Я умею разговаривать, — примирительно улыбнулся я.

— Но этот шлейф: ваша с ним история, это убийство… Я просто хотел показать, что у вас очень крепкие тылы! Вы не захватчик, вы защитник! А силу Реликта, — сбавил он тон до шепота. — Можно продемонстрировать и номинально.

— Уверен, сорок пятый президент — опытный политик, и с ним не будет проблем. В конце концов, в нашем прошлом всего-то ссора между людьми. Сейчас мы несколько выше статусом.

— Приятно слышать столь разумный подход!

— А теперь, Ньюсом — где он? — Сохраняя прежнюю благожелательность, спросил я вновь.

— Может, после пресс-подхода и общего фото? — Все еще сомневался Кэрол.

— Тогда он наверняка скажет журналистам что-то неправильное. Беседа, как вы понимаете, многое изменит.

— Не поймите меня неверно…

— Ньюсом, где президент?

— Хорошо, я вас провожу. — Сдался он, шагнув в сторону одного из многочисленных выходов из зала. — Знаете, Генри, после нашей затяжной беседы у многих появятся вопросы — кто вы. Не желаете стать моим внебрачным сыном?.. — Ухмыльнулся он. — Обязанностей минимум.

— Ваш родной сын будет в восторге.

— Он воспримет это с юмором. Сын всегда мечтал о братишке.

— Я подумаю.

— По крайней мере, я буду знать вашу фамилию, — рассмеялся Кэрол. — Генри Ньюсом, звучит, а?

Направление движения угадывалось — прямо к двери в углу зала, закрытую от случайных визитов двумя дюжими охранниками.

Впрочем, все двери охранялись, но тут я бы мог и догадаться без подсказок сопровождающего — уж больно хороший кадр получится, когда президент выйдет именно из этой. И те самые портреты предшественников по бокам — не абы каких, а Рейган и сам Линкольн. И камеры стоят напротив — крупный план взять несложно.