Здоровенные стеклянные колбы — то, что бросилось в глаза в первую очередь. Шесть емкостей в сорок футов высотой и под десять диаметром из толстого стекла, заполненные густыми растворами различных цветов — от полностью прозрачного до золотисто желтого — внутри каждой плавал изможденного вида человек, облепленный нитками капельниц. А рядом суетились люди, вкатывая шприцами здоровенные дозы грязно-желтой жидкости в узлы для инъекций, соединенные с этими самыми капельницами.

И, судя по желто-красным цифрам на экранах компьютеров, расставленных по множеству столов вокруг, на которые те то и дело поглядывали после каждого введения препарата, у них что-то крепко не получалось — вплоть до паники, до ошарашенного вида лиц и подрагивающих рук.

Явление пятерки, впрочем, изрядно всех успокоило — я не мог слышать звуков и команд, но паники стало сильно меньше. Старые препараты отложили, достали новые из запертого на ключ холодильника у правой стены — с прозрачной жидкостью. И надписи на экранах потихоньку стали обретать сначала желтый, а потом и зеленый цвет. Кто-то даже принялся аплодировать — кризис явно остался позади.

Я же, до того завороженный происходящим, продолжил осматриваться в зале. И, наконец, начал получать ответы на свои вопросы.

«Пост 1. Жрец 1», — прочитал я надпись рядом с крайней левой колбой на металлической табличке. — «Бензин премиум», — гласила строка снизу.

Цвет жидкости — прозрачный, внутри лишенный волос индвид будто после сильной голодовки. Кроме капельниц, в колбу входили и выходили трубы диаметром три четверти, а верх залитой жидкости колебался от прокачиваемого сквозь него потока.

«Пост 2. Жрец 2», — у колбы правее. — «Машинное масло».

Цвет жидкости внутри — густой золотисто-желтый, за плотностью которого человеческий силуэт скорее угадывался, чем был виден.

«Пост 3. Жрец 3. Сахарный раствор», — и покрывшийся светлой пористой коркой человек внутри.

«Пост 4. Жрец 4. Щелочь», — бедняга со сточенными до костей конечностями в потоке втекающей и вытекающей мыльной жидкости.

«Пост 5. Жрец 5. Кислота», — этому повезло, его изначально снабдили защитным костюмом, но лицо за прозрачным шлемом выглядело черепом мертвеца, обтянутым кожей.

Первые пять колб стояли с интервалом в десяток шагов, но все равно наособицу, если сравнивать с последней, стоящей в другой части зала.

«Пост 0. Верховный жрец. Электричество», — так было написано у колбы, человек в которой страдал внутри медных обмоток, исходя мелкой дрожью от проходящих по телу разрядов.

Возле Верховного людей суетилось гораздо больше — и инъекции все еще следовали одна за одной.