Он поднялся, собирая свои вещи:

— Свяжемся через неделю. Сообщу первые результаты анализа.

Он развернулся и направился к выходу. Помощник и охрана последовали за ним.

* * *

Через неделю после встречи с Обнорским я прибыл в здание Гильдии артефакторов на Вознесенском проспекте. Мне предстояло самое сложное в профессии — пройти квалификационный экзамен, который открывал право работать с самоцветами низшего порядка.

Здание Гильдии располагалось в старинном особняке — одном из тех, что пережили пожары, войны и смену эпох, сохранив свою величественность. Мраморные колонны у входа, высокие потолки с лепниной внутри, шикарная парадная лестница.

Я подошёл к стойке. За ней сидела женщина средних лет в строгом костюме, с собранными волосами и очками на цепочке.

— Добрый день. Александр Васильевич Фаберже. Записан на квалификационный экзамен. Самоцветы низшего порядка.

Я протянул документы: сертификат о получении шестого ранга, паспорт, квитанцию об оплате пошлины. Немалой, к слову. Большинство молодых артефакторов собирали эту сумму многие месяцы, отказывая себе во всём.

Женщина взяла документы, начала проверять. Остановилась на фамилии, подняла глаза:

— Фаберже? — В её голосе прозвучал скептицизм. — После того скандала с императорскими артефактами?

Я сдержал вздох. Скандал преследовал нас, несмотря на реабилитацию отца.

— И после запуска линии артефактов, которые помогут тысячам магов.

Регистратор поджала губы:

— Посмотрим, что скажет комиссия.

Она проштамповала документы и выдала мне временный пропуск:

— Зал ожидания — вторая дверь налево. Не задерживайтесь, когда вызовут.

Я взял пропуск и прошёл дальше по коридору.

Зал ожидания оказался небольшим, с рядами деревянных скамей и высокими окнами. В зале уже сидели пятеро кандидатов.

Пожилой мастер лет шестидесяти с седой бородой и руками в шрамах от ожогов — явно опытный, пришёл на повышение квалификации.

Миловидная женщина лет тридцати, нервно теребившая сумочку — первая попытка, судя по тому, как она держалась. В углу ещё трое мужчин средних лет переговаривались вполголоса.

Я выбрал место у окна. Достал из кармана блокнот, начал просматривать записи — освежить в памяти теоретические аспекты.

Один из мужчин в углу посмотрел на меня и нахмурился:

— Вы ведь тот самый Александр Фаберже, сын Василия Фридриховича?

Я поднял голову.

— Да, это я.

Все обернулись на меня. В зале повисла напряжённая тишина.

Пожилой мастер покачал головой:

— Смелость, надо признать. После того скандала явиться сюда…

Я спокойно встретил его взгляд.

— Виновный наказан. Моя семья оправдана. Или вы сомневаетесь в решении суда?