Мысли крутились вокруг одного — изумруда.

Если Дядя Костя действительно нашёл воров, если они не успели продать всё из тайника… То есть шанс помочь матери. Создать тот самый кулон, который спроектировал отец. Остановить проклятие мёртвого камня.

Всё остальное было вторично.

Апраксин рынок после закрытия выглядел совсем не так, как при дневном свете. Днём это муравейник торговцев, покупателей, воров, мошенников и просто зевак. Шум, гам, музыка, запах еды и специй.

А ночью — призрак самого себя.

Я припарковался в переулке и пошёл пешком через арку. Меня встречали закрытые лавки и пустынные проходы между рядами. Редкие фонари создавали больше теней, чем света.

У ярко освещённого входа в «Касабланку» стояли двое.

Штрих — узкоплечий, в кепке и чёрной куртке, с вечной полуусмешкой на лице. Рядом с ним — крепыш под два метра ростом, безымянный, молчаливый. Классическая пара: мозг и мускулы.

Штрих заметил меня первым. Лицо гопника расплылось в улыбке:

— Александр Васильич! Вовремя явились! Уважаю пунктуальность!

Я кивнул:

— Добрый вечер.

Он потёр ладони, стряхивая снег:

— Только мы не в кафе пойдём, Александр Васильич. Шеф велел в другое место провести.

Настороженность кольнула где-то под рёбрами. Смена локации в последний момент — классический приём для засады.

Но я виду не подал:

— Не проблема. Ведите.

Крепыш молча развернулся и пошёл вглубь рынка. Штрих жестом пригласил меня следовать за ними.

Я сунул руку в карман пальто, ощутил знакомое тепло — готовность активировать магию стихии земли в любую секунду. Если что-то пойдёт не так, ребяткам не поздоровится.

Мы шли через лабиринт проходов. Апраксин — это не просто рынок, а целый город в городе. Десятки зданий, сотни лавок, переулки, тупики, внутренние дворы. Знать все ходы невозможно, если ты не провёл здесь половину жизни.

Но Штрих и крепыш уверенно петляли между складами. Темнота сгущалась — фонари встречались всё реже. Нечищенный снег скрипел под ногами.

Торговые ряды остались позади. Теперь вокруг были только склады — кирпичные строения с металлическими воротами, покрытыми ржавчиной и облупившейся краской.

— Вот тут, Александр Васильич, — Штрих остановился у ворот одного из складов.

Здание ничем не отличалось от соседних. Те же кирпичные стены, та же металлическая дверь. Но у входа стояли ещё двое в тёмных куртках — охрана.

Штрих изобразил приглашающий жест:

— Извольте, Александр Васильич. Шеф ждёт.

Массивная дверь открылась со скрипом.

Я шагнул внутрь. Крепыш и Штрих последовали за мной. Дверь закрылась с глухим стуком.

Я окинул взглядом пространство за дверью, оценивая обстановку.