Не отреагировав, она продолжила:

— А тот факт, что вы вступаете в полигамный союз с представительницами разных биологических и синтетических видов, делает эту ситуацию не просто катастрофой, а предметом для изучения в институте ксено-психиатрии. Восемь партнёрш. Вы создаёте нестабильную социобиологическую ячейку с высочайшим риском летальных конфликтов.

— Уверяю вас, моя ячейка стабильна, как аннигиляционный реактор.

— Реакторы имеют свойство взрываться, капитан, — парировала хилварианка. — Лия заслуживает спокойной академической среды, а не жизни на пороховой бочке.

Тётя Галя моргнула, переваривая эту тираду.

— Ой, да ладно вам, зелёненькая вы моя! — Галя хлопнула Лиану по плечу так, что хилварианка пошатнулась, а её свечение на долю секунды вспыхнуло от возмущения. — Чего вы такая кислая? Праздник же! Подумаешь, восемь невест! У богатых свои причуды! Вы бы лучше радовались, что всё чинно-благородно, в храме!

Лиана смерила руку Гали уничтожающим взглядом.

— Биологическая норма для гуманоидов подразумевает моногамию или последовательную полигамию, — сухо ответила она. — То, что происходит здесь, нарушает все законы генетики и социума.

— Законы-шмаконы! — отмахнулась тётя Галя, расплываясь в улыбке до ушей. — Я вам так скажу: это ещё цветочки! Вот у моей знакомой, Зинаиды со второго этажа, случай был! Выскочила она замуж за ихтосийца. Ну, знаете, эти, с жабрами, которые икру мечут?

Лиана Верр напряглась, явно почуяв неладное.

— Ихтосийцы — двоякодышащие амфибионты, их репродуктивный цикл жёстко привязан к водной среде, — осторожно произнесла она.

— Во-во! — радостно подхватила Галя, не обращая внимания на терминологию. — Так вот, поехали они в свадебное путешествие. Зинка думала — романтика, свечи, шампанское. Ага, щас! Этот её лупоглазый набрал полную ванну холодной воды, насыпал туда морской соли. Зинка туда залезла, а он ей говорит: «Мечи!». Она ему: «Чего метать?». А он: «Икру!». Вы представляете? А потом сам залез к ней в ванну и давай там свои эти… ну, удобрения распылять! Зинка в крик. Соседи снизу полицию вызвали, думали, там топят кого-то! А он им через жабры булькает: «У нас брачная ночь, не мешайте оплодотворению!».

Лиана Верр побледнела. Насколько это вообще возможно для существа с зелёной светящейся кожей.

— Это… это грубое нарушение межвидовых протоколов гигиены, — пробормотала она, явно шокированная услышанным. — Анатомия человека не приспособлена к нересту…

— Так я о чём и говорю! — торжествующе воскликнула тётя Галя, хватая меня за локоть. — На фоне Зинкиного карася наш Волк — золото! Подумаешь, восемь жён! Зато икру в ванну метать не заставляет! И при деньгах! И герой! Правда, Ростик?